Редкий серебряный подстаканник, выполненный в Москве в 1887 году знаменитой фирмой Ивана Хлебникова — одним из крупнейших ювелирных предприятий Российской империи, особенно прославившимся произведениями в русском стиле и высочайшим качеством художественной обработки серебра. Подстаканник отличается исключительно богатым декоративным оформлением. Его поверхность покрыта тончайшей гравировкой и чернью с растительными и животными мотивами, дополненной фактурным канфаренным фоном. Сочетание серебра, глубокой черни и прекрасно сохранившейся старинной позолоты создает особенно нарядный и благородный эффект. С двух сторон расположены крупные медальоны с тщательно проработанными черневыми изображениями русских храмов. В одном из них, предположительно, представлен Воскресенский собор Новоиерусалимского монастыря — на такую атрибуцию указывает характерный высокий шатёр его знаменитой ротонды. Архитектурные изображения органично включены в богатое орнаментальное убранство, превращая утилитарный предмет в выразительное произведение русского ювелирного искусства конца XIX века. Прекрасная сохранность. Редкость. Антиквариат.

Россия, Москва, 1887 год.
Фирма «Хлебников».
Серебро 84/875 проба клеймо, гравировка, чернь, золочение, канфарение.
Размер: 12,5 см
Высота: 8,3 см
Диаметр: 7,5 см
Вес: 221,12 гр.

Редкий серебряный подстаканник, выполненный в Москве в 1887 году знаменитой фирмой Павла Овчинникова — одним из ведущих ювелирных предприятий Российской империи. Фирма особенно прославилась произведениями в русском стиле, в которых мастера обращались к национальным орнаментальным мотивам и старинным техникам обработки серебра. Подстаканник богато украшен черневым растительным орнаментом, эффектно выделяющимся на фактурном канфаренном фоне. Обращение к канфарению — старинному приему декоративной обработки металла — особенно характерно для произведений русского стиля, стремившегося возродить традиции древнерусского ювелирного искусства. С двух сторон расположены черневые медальоны с видами главных московских святынь: храма Василия Блаженного — одного из наиболее узнаваемых памятников древней Москвы — и храма Христа Спасителя, освященного всего за несколько лет до создания предмета, в 1883 году. Прекрасно сохранившаяся старинная позолота дополняет богатое оформление и создает выразительный контраст серебра, золота и глубокой черни. Выразительный образец московского художественного серебра последней четверти XIX века, демонстрирующий высокое мастерство и характерный художественный язык фирмы Овчинникова. Прекрасная сохранность. Антиквариат.

Россия, Москва, 1887. Фирма «Овчинников».
Серебро 84/875 проба клеймо, гравировка, чернь, канфарение.
Высота: 8,2 см.
Размер: 11,5 см.
Диаметр: 8 см.
Вес: 180,48 гр.

«Святой Иоанн Предтеча»
Палех, конец XVIII века.
Оклад — 1790-е годы.
Дерево, левкас, темпера, золочение; серебро, чеканка, гравировка, канфарение.
Размер — 53,6 × 41,8 см.
Экспертиза НИНЭ имени П. М. Третьякова.
Экспертиза МК РФ.

Великолепная крупноформатная палехская икона конца XVIII века, представляющая собой редкий по выразительности ансамбль высококлассной иконописи и богатого серебряного убранства. Значительные размеры — более полуметра в высоту — придают образу особую монументальность и делают его особенно эффектным.

Святой Иоанн Предтеча, последний ветхозаветный пророк и Креститель Спасителя, изображён по пояс, в лёгком развороте. Его аскетичный облик исполнен внутренней силы и сосредоточенности. Правой рукой святой указывает на себя, напоминая о своей пророческой миссии, а в левой держит раскрытый свиток со словами Евангелия: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» — центральным призывом его проповеди.

Особого внимания заслуживает исключительно высокий уровень палехского письма. Тонко моделированный лик, тщательно прописанные черты лица, волосы, разделённые на отдельные пряди, благородные пропорции фигуры и мягкие переходы цвета свидетельствуют о работе опытного мастера. Колорит построен на изысканном сочетании охристо-коричневых и глубоких зелёных тонов с золотыми разделками. Экспертизой отмечена близость произведения к образу Иоанна Предтечи из собрания Государственного музея палехского искусства.

Не менее великолепен серебряный оклад 1790-х годов, практически полностью закрывающий фон и поля иконы. Его поверхность превращена в тончайшее ювелирное кружево: гравированный растительный орнамент, цветочные гирлянды, вазоны, медальоны, жемчужник и рокайльные завитки сочетаются с великолепным накладным венцом. Расходящиеся от нимба рельефные лучи создают вокруг головы Предтечи мощное сияние, подчёркивая духовную торжественность образа.

В художественном строе оклада удивительно гармонично соединились изящество уходящего русского рококо и строгая упорядоченность классицизма екатерининской эпохи. Эксперты отмечают близкие по художественному и техническому решению серебряные оклады 1780–1790-х годов из собрания Государственного исторического музея. Иконописец и серебряник словно работают вместе: драгоценный металл не подавляет живопись, а обрамляет и усиливает её, превращая икону в единый торжественный ансамбль.

Особую историческую ценность произведению придаёт документированный провенанс. Старинные надписи непосредственно на обороте свидетельствуют о бытовании иконы в семье известных владимирских купцов-промышленников Севрюговых и сообщают, что её владелица — инокиня Мария Севрюгова — была насельницей Свято-Успенского Княгинина монастыря во Владимире. Таким образом, связь иконы с прославленной обителью имеет не характер позднего предания, а зафиксирована непосредственно на самом памятнике.

Княгинин монастырь — одна из древнейших и наиболее почитаемых женских обителей Руси. Он был основан около 1200 года великим князем Всеволодом Большое Гнездо по желанию его супруги, великой княгини Марии Шварновны, и на протяжении столетий являлся важным духовным центром Владимирской земли и местом погребения женщин владимирского княжеского дома.

Судьба обители в XX веке оказалась драматичной: после революции монастырь был закрыт в 1923 году, его здания получили светское назначение, а монастырская жизнь прервалась на семь десятилетий. В 1993 году обитель была возрождена. Сегодня Свято-Успенский Княгинин монастырь вновь является действующим женским монастырём Владимира, в древнем Успенском соборе совершаются богослужения, действует Казанский храм, продолжаются монашеские и просветительские традиции обители.

На этом фоне сохранившаяся палехская икона XVIII века, принадлежавшая насельнице Княгинина монастыря, приобретает особое мемориальное значение. Она является не только произведением русского церковного искусства, но и подлинным материальным свидетельством дореволюционной истории одной из древнейших русских женских обителей.

Несмотря на более чем двухвековой возраст, произведение сохранило выразительность древнего палехского письма и значительную часть своего драгоценного серебряного убранства. Сочетание крупного размера, высокого уровня палехской живописи, великолепного серебряного оклада XVIII века, редкого документированного монастырского провенанса и профессиональной экспертизы позволяет рассматривать икону как значительный памятник русского церковного и декоративно-прикладного искусства.

Согласно экспертному заключению, икона и оклад представляют единый художественный ансамбль, обладающий художественной ценностью, историко-культурным и музейным значением.

«Воскресение Христово — Сошествие во ад, с праздниками в 16 клеймах»
Палех, начало XIX века.
Оклад — Москва, 1817 год, мастер Прохор Алексеев.
Икона: дерево, левкас, темпера, золочение.
Оклад: серебро 84 пробы, чеканка, гравировка, золочение.
Размер — 32,5 × 27,5 × 2,5 см.
Экспертиза НИНЭ имени П. М. Третьякова.

Редкая многочастная икона типа «Праздники», представляющая собой великолепный ансамбль двух знаменитых традиций русского искусства — утончённой палехской иконописи и московского ювелирного мастерства эпохи императора Александра I.

Живопись отличается виртуозным миниатюрным письмом, которым славился Палех. В небольшом формате мастер разместил сложнейшую центральную композицию «Воскресение Христово — Сошествие во ад» и шестнадцать праздничных клейм с множеством персонажей. Тончайшая прорисовка ликов и одежд, изящные вытянутые фигуры, сложные архитектурные и пейзажные построения, светлый колорит с розовыми и голубыми оттенками и обильное золочение создают драгоценную, почти ювелирную по тонкости живописную поверхность. Подобные многофигурные иконы требовали от мастера не только исключительной техники, но и глубокого знания евангельских текстов и иконографии.

Не менее замечателен серебряный оклад, исполненный в Москве в 1817 году мастером Прохором Алексеевым. Это редкий пример того, когда ювелир не просто украшает икону драгоценным металлом, а фактически вступает в художественный диалог с иконописцем. Мастер точно повторяет сложнейшую многочастную структуру произведения, выполняя многочисленные прорези по контурам отдельных фигур и целых сцен. Живопись буквально прорастает сквозь чеканное золочёное серебро, благодаря чему икона и оклад воспринимаются как единое произведение искусства.

Особую торжественность придаёт широкая золочёная рама с характерным для эпохи Александра I орнаментом из пальметт. Тончайшая чеканка, гравировка, многочисленные фигурные прорези и богатое золочение демонстрируют высокий профессиональный уровень московского серебряника.

Прохор Алексеев — московский мастер серебряного дела первой половины XIX века, известный по архивным сведениям и включённый в фундаментальные справочники русских золотых и серебряных дел мастеров. Оклад 1817 года представляет особый интерес как ранняя, точно датированная работа мастера, существенно расширяющая известную хронологию его деятельности.

Выбор дорогой кипарисовой доски, исключительно трудоёмкое палехское письмо и заказ сложнейшего индивидуального серебряного оклада свидетельствуют о высоком первоначальном статусе иконы. Подобные произведения создавались для состоятельного заказчика и являлись одновременно предметом личного благочестия и драгоценным произведением искусства.

Изысканное палехское письмо, великолепный московский оклад эпохи Александра I, редкая многочастная иконография и подтверждённая экспертизой атрибуция делают икону ярким образцом русской художественной культуры начала XIX века, обладающим значительной историко-культурной, художественной и музейной ценностью.
Экспертиза МК Рф.

Луи Огюст Моро (Louis Auguste Moreau, 1855–1919)
«Слава Музыке» (Gloire à la Musique)
Франция. Модель — конец XIX века, отливка — первая четверть XX века.
Композиционная бронза, патинирование; дерево.
Высота 75 см.

Великолепная многофигурная композиция Луи Моро — известного французского скульптора знаменитой художественной династии Моро, постоянного участника Парижского Салона.

Скульптура представляет собой возвышенную аллегорию торжества Музыки: крылатая Эвтерпа — античная муза музыки и лирической поэзии — с лирой в руках словно вдохновляет молодую скрипачку. Лавровый венок символизирует славу и творческий триумф, а устремлённая вверх композиция превращает произведение в настоящий гимн красоте, вдохновению и великой силе искусства.

Монументальная высота 75 см, сложность композиции и великолепная пластика делают работу особенно эффектной.

Авторство модели, датировка, антикварное и коллекционное значение подтверждены историко-культурной атрибуционной экспертизой Л.А. Дементьевой.

Lemoyne (Лемуан). «Футболист»
Франция, 1910-е годы
Композиционная бронза, литьё, полихромное патинирование. Высота 43,5 см.

Эффектная и редкая спортивная скульптура французского мастера Lemoyne, запечатлевшая футболиста в самый напряжённый момент игры. Стремительная поза, мощная пластика и великолепно переданное движение создают яркий образ футбола начала XX века — эпохи, когда эта игра стремительно становилась главным массовым спортом Европы.

Особую декоративность придает эффектная многоцветная патина, сохранившая исторический облик формы футболиста.

Подлинность, высокое качество исполнения, антикварное и коллекционное значение подтверждены историко-культурной атрибуционной экспертизой Л.А. Дементьевой.

«Первая загадка» (Le Premier Mystère)
Франция, Париж, начало XX века
Бронза, патинирование; камень. Высота 21,5 см.
Отливка знаменитой фирмы F. Barbedienne Fondeur.

Редкая и необыкновенно обаятельная французская бронза, построенная на тонком юморе и очаровании детской непосредственности: маленький путти, приподняв рубашку, с предельной серьезностью изучает собственное тело — свою «первую загадку».

Особую ценность представляет исполнение знаменитой парижской фирмой Фердинанда Барбедьенна — одного из лучших бронзолитейщиков Франции XIX века, чьи произведения сегодня представлены в крупнейших музейных собраниях мира.

Редкость, высокое качество литья и коллекционное значение подтверждены историко-культурной атрибуционной экспертизой Л.А. Дементьевой.

Подставки для книг «Слоны»
Франция, 1920–1930-е гг.
Композиционная бронза, слоновая кость.
Размер каждой: 15 × 12,5 × 10 см

Эффектная парная композиция эпохи Ар-деко: массивные фигуры слонов с выразительной пластикой и тщательно проработанной фактурой кожи дополнены контрастными бивнями из слоновой кости. Строгая геометрия черных оснований прекрасно сочетается со скульптурными формами животных — характерный для французского декоративного искусства 1920–30-х годов союз экзотики, роскоши и функциональности.

Стильный коллекционный предмет и выразительный аксессуар для библиотеки или кабинета.

Эдуар Друо (Édouard Drouot, 1859–1945)

«Роковые женщины» (Femmes fatales). Дуэль фехтовальщиц

Франция, Париж. Конец XIX — начало XX века
Бронза, литьё, патинирование.
Размер - 20,5 × 35 × 12 см
Подпись на основании: E. DROUOT
Авторство, датировка и художественная ценность подтверждены экспертным заключением Л. А. Дементьевой.

Редкая и необыкновенно эффектная бронзовая композиция знаменитого французского скульптора Эдуара Друо, посвящённая вечным темам женской красоты, любви, страсти и соперничества.

Перед нами две прекрасные молодые женщины, сошедшиеся в стремительном поединке на шпагах. Их изящные вечерние платья развеваются от движения, лица напряжены, взгляды устремлены друг на друга, а тонкие клинки скрестились в решающий момент дуэли. Кажется, ещё мгновение — и застывшая бронза вновь придёт в движение.

Название «Роковые женщины» — Femmes fatales придаёт сцене особую интригу. Это не просто спортивное фехтование, а настоящий поединок характеров и страстей. Красота здесь соседствует с опасностью, женская грация — с решительностью, элегантность — с азартом борьбы. Можно лишь догадываться, что стало причиной дуэли: любовь, ревность, оскорблённая гордость или соперничество за сердце мужчины. Именно эта недосказанность превращает композицию в маленький бронзовый роман о прекрасной эпохе.

Особенно виртуозно Друо передаёт контраст между хрупкостью красавиц и остротой поединка. Сложные развороты фигур, стремительные выпады, летящие складки платьев и напряжённые линии рук создают исключительное ощущение движения. При этом обе героини остаются подчеркнуто женственными и элегантными — даже со шпагой в руке они прежде всего прекрасные дамы своего времени.

Автор модели — Эдуар Друо (1859–1945), известный французский скульптор и живописец, ученик Матюрена Моро. Его произведения неоднократно экспонировались на Парижском Салоне, где мастер получил признание и награды; его творчество было также отмечено на Всемирной выставке 1900 года в Париже. Особенную известность Друо принесли динамичные бронзовые композиции — исторические и жанровые сцены, всадники, спортсмены и фехтовальщики, в которых мастер блестяще соединял академическую точность с эффектностью и романтической экспрессией.

«Роковые женщины» — одна из самых выразительных и запоминающихся моделей Друо: редкий сюжет женской дуэли превращён скульптором в гимн красоте, любви, страсти и искусству фехтования.

Высокий художественный уровень, сложность многофигурной композиции, прекрасное качество бронзового литья и эффектное патинирование придают произведению несомненную коллекционную ценность.

Подлинность произведения, его авторство, период создания и художественное значение подтверждены историко-культурной атрибуционной экспертизой кандидата исторических наук Л. А. Дементьевой — эксперта, аккредитованного Международной конфедерацией антикваров и арт-дилеров.

Эдуард Друо (Édouard Drouot, 1859–1945)

«Дуэль на шпагах»

Париж, около 1900 года.
Бронза, литьё, чеканка, патинирование; мрамор.
Размеры: 30,5 × 45,2 × 15,9 см.

Перед вами выразительная бронзовая композиция, посвящённая одному из самых благородных и драматичных сюжетов европейской истории — поединку на шпагах. Скульптор запечатлел кульминационный момент схватки: один из противников стремительным выпадом наносит укол, другой отчаянно пытается отразить атаку. Перекрещенные клинки, напряжённые позы и вихревое движение фигур создают ощущение стремительности, превращая композицию в настоящий гимн искусству фехтования, где победу определяют мастерство, хладнокровие и безупречное владение оружием.

Автор модели — известный французский скульптор Эдуард Друо, ученик прославленного Матюрена Моро, один из ярких мастеров французской бронзы эпохи модерна. Его произведения регулярно экспонировались на Парижском салоне, были отмечены престижными наградами, а на Всемирной выставке 1900 года творчество мастера получило широкое признание. Особую известность Друо принесли динамичные жанровые композиции, посвящённые историческим событиям, конным сюжетам и сценам поединков.

Скульптура отличается превосходным качеством художественного литья и тонкой чеканки. Благородная тёмно-коричневая патина великолепно подчёркивает пластику фигур, игру света на бронзе и драматизм сцены.

Композиция представляет несомненную антикварную и коллекционную ценность.

Экспертное заключение.

«Святитель Николай Чудотворец»

Москва, конец XIX — начало XX века.
Оклад — мастерская Сергея Ивановича Жарова, 1889–1908 гг.
Дерево, левкас, темпера; серебро 84 пробы, чеканка, гравировка, золочение, полихромная эмаль по скани, выемчатая эмаль.
Размер иконы: 31,7 × 27,2 × 2,6 см.

Великолепная русская икона одного из самых любимых и почитаемых святых — Николая Чудотворца, образ которого на протяжении столетий воспринимался как символ небесного покровительства, защиты и скорой помощи. Святитель представлен в торжественном архиерейском облачении, с благословляющей десницей и Евангелием; в верхних углах изображены Христос и Богоматерь — традиционное напоминание о чуде Никейского собора.

Главным украшением произведения является роскошный серебряный золочёный оклад московской мастерской Сергея Ивановича Жарова — известного мастера золотых и серебряных изделий рубежа XIX–XX веков. Оклад поражает исключительной насыщенностью ювелирной работы: тончайшая чеканка и гравировка сочетаются с виртуозной полихромной эмалью по скани и выемчатой эмалью. Особенно эффектны митра и венец Святителя, превращённые мастером в настоящее кружево из бирюзовых, синих, белых, зелёных и красных эмалей.

По богатству рисунка и техническому уровню исполнения оклад продолжает лучшие традиции московского ювелирного искусства XVII века. Сложнейшие сканные узоры, «бирюзовый гипюр», многочисленные эмалевые детали и тончайшая орнаментация создают впечатление драгоценной ткани. Подобная виртуозность характерна для произведений ведущих московских ювелирных фирм эпохи — времени расцвета русского национального стиля.

Особую ценность представляет редкая цельность ансамбля: выразительная живопись конца XIX — начала XX века и великолепный авторский оклад существуют как единое художественное произведение. Икона помещена в эффектный резной деревянный киот, декоративное оформление которого дополнительно подчёркивает её русский национальный характер.

Подлинность и высокий художественный уровень произведения подтверждены развёрнутым экспертным заключением Научно-исследовательской независимой экспертизы имени П. М. Третьякова. Экспертами исследованы живопись, техника исполнения оклада и клейма; установлена принадлежность оклада мастерской С. И. Жарова. В заключении особо отмечено, что икона представляет собой единый ансамбль, имеющий историко-культурное, художественное и музейное значение.

Произведение дошло до нашего времени в хорошей коллекционной сохранности, сохранив выразительную авторскую живопись, золочение и, что особенно важно для столь сложной ювелирной работы, великолепное многоцветие эмалевого убранства. Небольшие естественные следы времени лишь подчёркивают подлинный возраст предмета.

Редкий и исключительно эффектный образ русского церковного искусства рубежа XIX–XX веков, соединяющий глубокий иконографический сюжет с высочайшим мастерством московских серебряников и эмальеров.
Экспертиза НИНЭ им. Третьякова.
Экспертиза МК.

Москва, начало XX века.
Мастерская Александра Александровича Глазунова (1884–1952).
Дерево, левкас, темпера.
Размер: 17,6 × 14,3 × 2,5 см.

Экспертное заключение Научно-исследовательской независимой экспертизы имени П. М. Третьякова.

Перед Вами — великолепный образ святителя Петра Московского, исполненный в знаменитой московской иконописной мастерской Александра Александровича Глазунова — одного из наиболее выдающихся русских иконописцев начала XX века. Икона отличается высоким художественным уровнем исполнения, хорошей сохранностью и представляет значительный интерес как для серьезных частных коллекций, так и для музейных собраний.

На иконе изображен святитель Петр, митрополит Киевский и всея Руси — один из величайших церковных деятелей отечественной истории, чье имя неразрывно связано с возникновением Москвы как духовной столицы Руси. Именно при святителе Петре митрополичья кафедра была перенесена из Владимира в Москву, что стало важнейшим событием в истории Русского государства. Этот шаг заложил основы особого значения Москвы как духовного центра русских земель и сыграл огромную роль в последующем объединении Руси вокруг Московского княжества.

Святитель Петр прославился не только как выдающийся архипастырь, но и как талантливый иконописец. По церковному преданию именно ему принадлежит создание чудотворной Петровской иконы Божией Матери. По его благословению великий князь Иван Калита в 1326 году заложил первый каменный Успенский собор Московского Кремля, ставший главным храмом Русского государства на многие столетия. Здесь же святитель был погребен, а вскоре прославлен в лике святых как первый московский чудотворец, небесный покровитель Москвы и один из величайших святителей Русской Церкви. Его имя навсегда вошло в историю России как одного из создателей духовного величия Московского государства.

Произведение исполнено в мастерской Александра Александровича Глазунова — выдающегося московского иконописца, происходившего из знаменитой палехской художественной традиции. Получив образование в мастерской Д. П. Салаутина и пройдя школу Московской художественно-иконописной артели, Глазунов основал собственную мастерскую, ставшую одной из лучших в Москве начала XX века. Ее произведения отличались безупречной техникой письма, глубоким знанием древнерусской иконографии, великолепной работой по золоту и тонким соединением классической русской традиции с художественной культурой эпохи модерна.

Мастерская Александра Александровича Глазунова принадлежала к числу наиболее известных и авторитетных московских иконописных мастерских своего времени. Помимо создания частных образов, она выполняла крупные церковные заказы для храмов и монастырей России и зарубежья. Среди наиболее известных произведений мастерской — иконы для Собора Успения на Городке в Звенигороде, церкви Воскресения Словущего на Ваганьковском кладбище в Москве, Деисусного ряда православной церкви Святителя Николая в Ницце, а также многочисленные произведения, ныне находящиеся в музейных и крупных частных собраниях.

Сам Александр Александрович Глазунов был не только выдающимся иконописцем, но и одним из крупнейших специалистов своего времени по древнерусскому церковному искусству. Он принимал участие в реставрации памятников Московского Кремля, Чудова монастыря и Саввино-Сторожевского монастыря, состоял членом ряда церковно-археологических комиссий, занимался научным изучением древнерусской иконописи и подготовил к публикации фундаментальный труд «Материалы по истории русской иконописи». Впоследствии именно он стал одним из деятелей, стоявших у истоков возрождения палехского искусства XX века.

Особую ценность представленной иконе придает сохранившееся на обороте личное клеймо Александра Александровича Глазунова: «Иконописец Александр Александрович Глазунов». Как отмечено в экспертном заключении, подобное личное клеймо главы мастерской ранее практически не встречалось на известных произведениях.

Благодаря этому представленная икона является не только высококлассным памятником московской иконописи, но и исключительно редким авторским произведением, имеющим особое значение для изучения творчества мастера.

Икона производит исключительно благородное впечатление. Холодный голубой фон великолепно сочетается с белизной святительского клобука и омофора, глубокими золотисто-коричневыми тонами облачения и богатым растительным орнаментом золоченых полей. Лик святителя написан с большим мастерством: строгий, исполненный внутренней силы взгляд, тонкая светотеневая моделировка и выразительная пластика лица создают образ духовной мудрости, твердости и молитвенного сосредоточения. Орнаментальное оформление полей выполнено с исключительной тщательностью и прекрасно подчеркивает торжественный характер произведения.

Согласно экспертному заключению Научно-исследовательской независимой экспертизы имени П. М. Третьякова, икона представляет собой бесспорное произведение мастерской А. А. Глазунова, обладает историко-культурным, высоким художественным, музейным и коллекционным значением и является ярким памятником московской иконописной традиции начала XX века. Сочетание выдающегося художественного уровня, редкого личного клейма мастера, хорошей сохранности и авторитетной комплексной экспертизы делает этот образ особенно ценным и желанным для крупнейших частных и музейных собраний.

Изумительная икона Господа Вседержителя в великолепном серебряном окладе с эмалевыми вставками. Живопись выполнена маслом на деревянной основе в первой четверти XIX века. Образ написан в академической манере, отличающейся профессиональным исполнением, гармоничными пропорциями и тонкой моделировкой лика. Христос представлен в одной из наиболее почитаемых иконографий — с благословляющей десницей и державой в левой руке как символом Его власти над мирозданием. Ярко-красный хитон, глубокий синий гиматий и золотистый нимб придают иконе торжественное и благородное звучание. Особую художественную выразительность произведению сообщает массивный серебряный оклад, практически полностью скрывающий живопись. Одежды Спасителя выполнены в высоком рельефе с тщательно проработанными складками ткани и искусной чеканкой. Накладной лучистый венец придает образу особую торжественность, а эмалевые вставки с монограммами «IC» и «XC» эффектно выделяются на фоне серебра. Поля оклада украшены изящным орнаментом из стилизованных лилий, листьев аканта и цветов, соединенных в непрерывную декоративную гирлянду. Сочетание чеканки, золочения и эмали создает богатый художественный образ, характерный для лучших произведений московского серебряного искусства начала XIX века. Оклад изготовлен в Москве в 1819 году безусловно талантливым профессиональным мастером, обладавшим хорошим художественным вкусом. Изделия, украшенные эмалью, уже в то время считались особенно ценными, а сложное сочетание различных техник обработки металла требовало исключительного опыта.
Изображения Христа известны со времен появления Византийской Империи. При этом, до сих пор образы Спасителя являются самыми востребованными, так как, согласно христианской традиции, они непременно должны входить в состав как храмовых, так и домашних иконостасов. Так же, без образа Иисуса Христа невозможно составление венчальной пары. При этом, иконография Господа Вседержителя является одной из самых узнаваемых. Важным элементом представленной иконы является жест именословного благословения – знак принадлежности иконописца к русской православной Церкви. Держава и скипетр подчеркивают образ Иисуса как Вседержителя и Царя мира, это довольно редкий, но важный акцент, вошедший в моду с XVIII века.
Благодаря высокому качеству живописи, мастерски исполненному серебряному окладу с эмалью и отличной сохранности представленная икона Спасителя представляет значительную историко-культурную и антикварно-коллекционную ценность.

Первая четверть XIX века. Центральная Россия.
Дерево, масло.
Оклад. 1819 год. Москва. Неизвестный мастер.
Серебро 84 пробы, чеканка, литье, золочение, эмаль.
Размер: 31,4 × 26,4 × 3,7 см.

Экспертное заключение МК.

Редкий комплект чайных ложек работы мастерской Николая Павлова, созданный в Москве в начале XX века. Предметы выполнены из серебра и украшены гравировкой и золочением, что придает набору особенно нарядный и торжественный вид. Мастерская Павлова принадлежала к числу известных московских производителей серебряных изделий предреволюционного периода. Благодаря полной сохранности комплекта и хорошему состоянию предметы представляют значительный интерес для коллекционеров русского серебра. Набор станет достойным украшением как частного собрания, так и праздничной сервировки. Хорошая сохранность. Антиквариат.

Россия, Москва, 1908 – 1917 год.
Мастерская Николая Павлова.
Серебро 84/875 проба клеймо.
Штамп, гравировка, золочение.
Размер: 14,5 см.
Вес общий: 319,45 гр.

Неизвестный западноевропейский художник
«Пейзаж с охотничьей сценой»
Третья четверть XIX века.
Холст, масло.
Размер: 76 × 103,8 см.

Перед Вами — великолепный образец западноевропейской пейзажной живописи третьей четверти XIX века, в котором величественная природа гармонично сочетается с одним из самых любимых сюжетов европейской аристократии — псовой охотой. На переднем плане разворачивается динамичная сцена охоты на дикого кабана — мощного и опасного зверя, добыча которого во все времена считалась настоящим испытанием для охотника. Стремительная свора охотничьих собак преследует зверя, придавая композиции движение, драматизм и ощущение живого действия. Такие сюжеты прославляли отвагу, выдержку и искусство охоты, являясь неотъемлемой частью европейской аристократической культуры XIX века.

Особое восхищение вызывает великолепный горный ландшафт с древним замком, извилистой лесной дорогой, могучими вековыми деревьями и живописными скальными уступами, залитыми теплым солнечным светом. Богатый колорит, тонкая передача воздушной перспективы и виртуозная проработка мельчайших деталей создают ощущение глубины пространства, тишины и величия природы.

Картина обладает ярким декоративным эффектом, прекрасно смотрится в классическом интерьере и представляет интерес как для коллекционеров европейской живописи, так и для ценителей исторической охотничьей тематики.

Произведение прошло комплексное технологическое и стилистическое исследование в Научно-исследовательской независимой экспертизе имени П. М. Третьякова, по результатам которого датировано третьей четвертью XIX века и признано обладающим антикварно-коллекционной ценностью.

Жорж Колен (Georges Colin, 1876–1917)
«Аллегория прогресса»
Париж, начало XX века.

Бронза, литье, чеканка, патинирование; дерево.
Размеры: 74,7 × 64,0 × 56,8 см.

Перед Вами — выдающаяся французская кабинетная скульптурная композиция музейного уровня, посвященная одной из величайших идей рубежа XIX–XX веков — торжеству технического прогресса, промышленности и созидательного человеческого труда. Впечатляющие размеры, монументальный характер и исключительная сложность исполнения делают ее настоящим украшением любой коллекции и одним из наиболее эффектных образцов европейской художественной бронзы своего времени.

В центре композиции находится локомотив — величайший символ промышленной революции. Именно железные дороги стали той силой, которая изменила экономику мира, связала между собой города и государства, многократно ускорила перевозку людей и грузов, открыла новые рынки и создала условия для стремительного развития промышленности, торговли и предпринимательства. Художник блестяще воплотил идею неразрывной связи производства, транспорта, железнодорожного сообщения и коммерции — тех сил, которые определили экономическое развитие индустриальной эпохи.

Главный герой композиции — рабочий атлетического телосложения, символ созидательного человеческого труда. Его уверенный шаг и властный жест, устремленный вперед, воплощают силу человека, который собственными руками создает новую эпоху. Это образ промышленного рабочего — человека, благодаря знаниям, мастерству, упорству и ежедневному труду которого становятся возможными технический прогресс и развитие цивилизации.

Вторая фигура — древнегреческий бог Гермес (Меркурий), покровитель торговли, предпринимательства, путешествий и сообщения между людьми. Скульптор наделяет его традиционными атрибутами — крылатым кадуцеем и характерным головным убором. Его присутствие придает композиции глубокий аллегорический смысл: именно торговля и свободное сообщение между странами превращают достижения промышленности и железнодорожного транспорта в двигатель экономического развития, благополучия и процветания общества.

Особое восхищение вызывает уровень исполнения произведения. С исключительной точностью воспроизведена конструкция раннего паровоза: котел, колесный механизм, клепаные соединения, буферные фонари, дымовая труба и множество технических деталей выполнены с почти инженерной достоверностью. Академически совершенная пластика человеческих фигур великолепно сочетается с индустриальной эстетикой машины, создавая произведение, в котором инженерная мысль и высокое искусство существуют в абсолютной гармонии.

Автор модели — Жорж Колен (Georges Colin) — один из наиболее талантливых французских скульпторов своего поколения. Его произведения регулярно экспонировались на престижном Парижском салоне в 1899–1914 годах, где получили признание публики и художественной критики. Колен прославился как мастер сложных аллегорических композиций, наполненных глубоким философским содержанием, а также великолепных камерных бронз, отличающихся выразительной пластикой, безупречной моделировкой фигур и исключительной культурой исполнения. Сегодня его произведения высоко ценятся коллекционерами французской художественной бронзы и занимают достойное место в крупнейших музейных и частных собраниях мира.

Подобные композиции столь внушительного размера, исключительного художественного уровня и сложности исполнения встречаются чрезвычайно редко. Их создание требовало участия выдающегося скульптора, высококлассных модельщиков, чеканщиков и лучших французских бронзолитейщиков. Изготовление подобных произведений представляло собой длительный, чрезвычайно трудоемкий и дорогостоящий процесс, поэтому уже в момент создания они были доступны лишь самым состоятельным промышленникам, банкирам и предпринимателям, украшая представительские кабинеты и роскошные интерьеры. Сегодня подобные работы практически не встречаются на антикварном рынке и по праву относятся к категории наиболее редких и престижных произведений французской художественной бронзы начала XX века.

Подлинность, историко-культурная значимость и коллекционная ценность произведения подтверждены историко-культурной атрибуционной консультацией кандидата исторических наук, эксперта Международной конфедерации антикваров и арт-дилеров Л. А. Дементьевой, отметившей высокое художественное качество композиции, ее музейный уровень исполнения и исключительную редкость на современном антикварном рынке.

Декоративное настенное панно «Конная прогулка»
Германия, Метлах (Mettlach), фабрика Villeroy & Boch, около 1891 года.
Керамика, полихромная роспись. Диаметр 38 см.

Изящное декоративное панно знаменитой фабрики Villeroy & Boch, выполненное в Метлахе в конце XIX века по авторскому рисунку художника Фрица Штютце (Fritz Stütze), чья подпись и дата «91» присутствуют на лицевой стороне изделия. Художник был известен своими элегантными жанровыми композициями, посвящёнными жизни европейского общества, охоте и конному спорту.

На панно изображены всадники, совершающие прогулку по живописной сельской местности. На дальнем плане разворачивается сцена традиционной охоты, что придаёт композиции атмосферу аристократического досуга эпохи Belle Époque. Тонкий рисунок, благородная цветовая гамма и превосходное качество росписи подчёркивают высокий художественный уровень произведения.

Подлинность и датировка подтверждаются фирменным клеймом METTLACH на обороте, заводским номером модели 2042 и надписью «Gegen Nachbildung geschützt» («Защищено от копирования»). Изделия Метлаха по праву считаются одними из лучших образцов немецкой художественной керамики рубежа XIX–XX веков и высоко ценятся коллекционерами во всём мире.

Эффектный размер, авторский сюжет и безупречное качество исполнения делают это панно прекрасным украшением классического интерьера и достойным предметом коллекционирования.

Редкие индустриальные часы «Корабельный фонарь и кабестан».

Франция, Париж, около 1890 года.

Бронза, латунь, оникс, стекло; литье, серебрение, золочение, художественная эмаль.
Размеры: 53 × 24 см.

Исключительно эффектные и редкие французские индустриальные часы морской тематики, сочетающие в себе высокое часовое мастерство, сложную механику и роскошное декоративное оформление. Композиция выполнена в виде корабельного фонаря и кабестана — одного из важнейших устройств парусного флота, служившего для подъема якорей и швартовки судов. Подобные модели являются яркими памятниками технической эстетики конца XIX века и относятся к наиболее востребованным направлениям французских industrial clocks.

Часы поражают богатством исполнения и великолепием декоративного решения. Корпус украшен изысканными полихромными эмалями, выполненными в сложной технике шамплеве (champlevé), являющейся одной из вершин французского эмальерного искусства. Нежно-голубые, сапфирово-синие, розовые и золотистые оттенки образуют необычайно гармоничную палитру, подчеркивающую утонченность и благородство предмета. Сияние золочёной бронзы великолепно сочетается с прозрачностью стекла и благородной фактурой зелёного оникса, создавая образ по-настоящему роскошного интерьерного предмета.

Особую привлекательность модели придаёт её сложная конструкция. В корпус корабельного фонаря встроены часы, барометр-анероид, термометр и компас на кардановом подвесе — полноценный навигационный и метеорологический комплекс, превращающий часы в своеобразную домашнюю метеостанцию. Автономный механизм приводит фонарь во вращательное движение, что делает композицию не только декоративной, но и механически увлекательной.

Многочисленные морские атрибуты — якорь, цепи, тросы, спасательный круг и детали кабестана — выполнены с поразительной тщательностью и создают выразительный образ эпохи великих океанских путешествий, расцвета парового флота и роскошных императорских яхт. Подобные часы не только украшали престижные интерьеры, но и служили символом романтики моря, технического прогресса и морского могущества.

Модели данного типа встречаются крайне редко и высоко ценятся коллекционерами французской художественной бронзы и индустриальных часов. Представленный экземпляр отличается не только редкостью, но и исключительной декоративностью, высоким уровнем сохранности, сложным набором действующих приборов и великолепным художественным исполнением.

Подобные часы опубликованы в книге-каталоге «Индустриальные часы. Чудеса механики XIX – начала XX века» О. Н. Мельниковой (М., 2020), стр. 208, каталог № 62.

Предмет обладает высокой антикварной, коллекционной и музейной значимостью и является одним из наиболее красивых образцов французских индустриальных часов морской тематики конца XIX века.

Экспертное заключение подготовлено кандидатом исторических наук, экспертом по культурным ценностям Министерства культуры РФ О. Н. Мельниковой.

Редкие индустриальные часы «Подъёмный кран».

Франция, последняя четверть XIX века.

Бронза, латунь, стекло, красный мрамор; серебрение, золочение, тонировка.
Размеры: 55 × 37 × 20 см.

Перед нами один из наиболее ярких и редких образцов французских индустриальных часов конца XIX столетия — эпохи стремительного технического прогресса, когда достижения инженерной мысли становились источником вдохновения для художников и мастеров декоративно-прикладного искусства. Подобные модели относятся к знаменитому направлению industrial clocks и сегодня по праву считаются одними из самых интересных и востребованных среди коллекционеров старинных часов.

Композиция выполнена в виде подъёмного крана — символа промышленной революции и развития грузоподъёмной техники второй половины XIX века. Мастер с поразительной тщательностью воспроизвёл сложное инженерное сооружение: высокие колонны-опоры, ажурную рабочую площадку, подъёмный блок, цепи, направляющие рельсы, кабину управления и осветительные прожекторы. Благодаря великолепной деталировке часы воспринимаются как миниатюрная действующая модель настоящего портового крана.

Особый интерес представляет оригинальное размещение часового механизма. Он заключён в металлический контейнер, изображающий поднимаемый груз и подвешенный на цепях к подъёмному устройству. Такое художественное решение встречается исключительно редко и делает композицию не только декоративным предметом, но и своеобразным памятником инженерной эстетике XIX века.

Высочайшее качество исполнения подчёркивается благородным сочетанием золочёных и серебрёных поверхностей с основанием из эффектного красного мрамора. Контраст металлов, изысканная архитектурность композиции и безупречная проработка мельчайших деталей демонстрируют лучшие традиции французской художественной бронзы периода её расцвета.

Подобные часы выпускались ограниченными партиями и предназначались для состоятельных промышленников, инженеров и коллекционеров, восхищавшихся новейшими техническими достижениями своего времени. Сегодня такие модели встречаются крайне редко, а их появление на антикварном рынке неизменно вызывает интерес как у коллекционеров индустриального искусства, так и у музейных собраний. Аналогов конкретно этой модели на сегодня нам неизвестно, ее нет и в публикации основных каталогов по индустриальным часам. Редкость.

Представленный экземпляр является ярким образцом промышленного дизайна эпохи историзма, сочетая в себе инженерную тематику, высокое художественное качество и оригинальное конструктивное решение. Благодаря редкости модели, выразительному сюжету, крупному размеру, превосходной сохранности и высокой степени комплектности часы обладают значительной антикварной, коллекционной и музейной ценностью.

Экспертное заключение подготовлено кандидатом исторических наук, экспертом Министерства культуры Российской Федерации О. Н. Мельниковой.

Часы «Паровая машина»
Франция. Начало XX века
Бронза, латунь, эмаль, стекло, сталь, белый оникс; тонировка, золочение
Размер 46,5 × 18 × 18 см.

Идейный замысел конструкции часов связан с темой теплового парового двигателя внешнего сгорания, изобретение которого положило начало эры индустриализации. Между четырех колонн, увенчанных шарами и объединенных арками из золоченых пластин с большим шаром в центре, находится маховик на коленчатом валу, с помощью кривошипно-шатунного механизма соединенный с паровым цилиндром. При заводе автономного механизма демонстрируется движение основных частей парового двигателя. Возвратно-поступательное движение штока поршня парового цилиндра преобразуется с помощью кривошипно-шатунного механизма во вращательное движение вала с маховиком. Также вращается регулятор Уатта (два шаровидных груза на рычагах, укрепленных на валу), обеспечивая заданную скорость вращения вала. Паровой цилиндр на шарнирных опорах совершает мерные покачивания из стороны в сторону, имитируя движения маятника.

Композиция размещена на квадратной плите, установленной на цилиндрическом основании с декоративной отделкой в виде кирпичной кладки, обозначающем топку парового котла, с дверкой, в которую вмонтирован часовой механизм с металлическим циферблатом за стеклянной крышкой. Декоративный эффект усиливают изогнутые пластины, как бы поддерживающие плиту с колоннами. По центру они схвачены золочеными винтами с шестигранными гайками, а внизу переходят в небольшие возвышения с шариками, похожими на винты. Пластины, напоминающие промышленные заготовки, подчеркивают индустриальный дизайн модели и согласуются с ее архитектурными мотивами — арками, колоннами.  
Эти часы воспроизведены в книге-каталоге «Часы в индустриальном стиле, чудеса механики». Стр. 58., N 9.
Редкость. Музейная экспертиза ГИМ.

Гарнитур каминный с китайскими мотивами

Франция, Париж. Последняя четверть XIX века.
Бронза, художественное литьё, чеканка, золочение, цветное патинирование, эмаль.
Размеры:
Часы — 56 × 36 × 23 см;
Канделябры — 55 × 24 см;
Андироны — 34 × 35 × 23 см.

Великолепный французский каминный гарнитур эпохи историзма, выполненный в изысканном стиле шинуазри — одном из самых ярких и востребованных направлений европейского декоративно-прикладного искусства XVIII–XIX веков. Комплект включает центральные часы, пару трёхсвечных канделябров и пару каминных андиронов, что делает его исключительно редким по своей сохранности и коллекционной привлекательности. Подобные ансамбли редко доходят до нашего времени в полном составе.

Художественное решение гарнитура восходит к лучшим образцам французского рококо XVIII столетия. В этот период увлечение культурой Китая породило особое направление в искусстве, объединившее европейскую декоративность с экзотическими восточными сюжетами. Близкие по стилистике бронзовые каминные принадлежности XVIII века сегодня находятся в музейных собраниях, в том числе в Петергофе, что подчёркивает высокий художественный статус подобных произведений.

Особого внимания заслуживает качество исполнения. Все элементы гарнитура отличаются превосходным бронзовым литьём и тонкой проработкой деталей. Фигуры персонажей, декоративные рокайльные завитки, листья аканта, подушки, костюмы и атрибуты выполнены с исключительным мастерством. Великолепное золочение создаёт эффект роскоши и торжественности, а художественное цветное патинирование придаёт композиции выразительность и глубину. Контраст золотых поверхностей и насыщенных красных оттенков одежд формирует яркий декоративный эффект, характерный для лучших произведений французской художественной бронзы конца XIX века.

Композиция наполнена символами китайской культуры. Зонт, веер, курительная трубка, экзотические птицы и характерные костюмы персонажей создают романтизированный образ Востока, столь популярный среди европейской аристократии. Красный цвет одеяний традиционно символизирует в китайской культуре счастье, благополучие, процветание и удачу, усиливая благоприятную символику всего ансамбля.

На циферблате присутствует надпись «DE HEMANT A PARIS», отсылающая к традициям знаменитых парижских часовщиков XVIII века. Французские производители второй половины XIX столетия нередко использовали имена известных мастеров прошлого, подчёркивая преемственность художественных традиций и связь своих изделий с золотым веком французского декоративного искусства.

Французский часовой механизм оснащён системой хода и боя и несёт клеймо в виде парусного корабля с монограммой, предположительно связанной с одной из известных парижских часовых мастерских конца XIX века. Подобные механизмы устанавливались в дорогостоящие интерьерные часы высокого художественного уровня.

Представленный гарнитур обладает значительной художественной, историко-культурной и коллекционной ценностью. Благодаря редкой комплектности, высокому качеству бронзового литья, превосходному золочению, эффектному цветному патинированию и выразительной теме шинуазри он является ярким памятником французского декоративно-прикладного искусства конца XIX века и представляет безусловный интерес для музейных и частных собраний.

Экспертиза: кандидат исторических наук, эксперт по часам научных приборов XVII–XX веков, аккредитованный эксперт Международной конфедерации антикваров и арт-дилеров О.Н. Мельникова.

Часы «Паровая машина» с барометром и термометром
Франция, Париж. 1880-е годы.
Бронза, латунь, медь, сталь, стекло, красный мрамор; тонировка, золочение, серебрение.
Размер: 48 × 34 × 18 см.

Исключительно эффектный и редкий образец французских индустриальных часов эпохи расцвета промышленной революции XIX века. Эта сложная механическая композиция является не только часами, но и настоящей аллегорией технического прогресса, прославляющей силу пара, инженерную мысль и триумф промышленности — главных символов века машин и великих изобретений.

Модель выполнена в виде действующей паровой машины и поражает тщательностью исполнения. В конструкцию органично встроены часы, барометр-анероид и термометр, что превращает предмет в своеобразный научно-технический кабинетный прибор, отражающий стремление XIX столетия к точности измерений и познанию законов природы. Два паровых котла, центральный цилиндр с движущимся штоком, массивный маховик и знаменитый регулятор Уатта с вращающимися шарами создают впечатление миниатюрной промышленной установки. При работе механизма возникает эффект ожившей машины, благодаря чему часы воспринимаются как редкий образец индустриального автоматона.

Особую художественную ценность композиции придаёт великолепный промышленный дизайн. Тонированная кирпичная кладка котельной, изящные золочёные дверцы топок с подъёмными задвижками, архитектурные колонны, ажурные ограждения и сложная система механических узлов образуют удивительно гармоничный ансамбль, в котором инженерия превращается в искусство. Благородное сочетание глубокого тёмного патинирования, золочёных деталей и основания из роскошного красного мрамора создаёт исключительно эффектный и представительный внешний вид.

Индустриальные часы относятся к наиболее редким и коллекционно востребованным направлениям французского часового искусства второй половины XIX века. Подобные модели выпускались значительно меньшими тиражами, чем традиционные каминные часы, а композиции, посвящённые паровым машинам, по праву считаются вершиной данного направления. Они воплощают дух промышленной революции, изменившей ход мировой истории и ставшей основой современного технологического мира.

Высокий коллекционный статус модели подтверждается специализированной литературой. Близкий аналог опубликован в фундаментальном труде Derek Roberts Mystery, Novelty and Fantasy Clocks (1999) под названием Clock with Automated Steam Pump («Часы с движущимся паровым насосом»). Кроме того, подобные часы включены в специализированный каталог «Часы в индустриальном стиле. Чудеса механики» (стр. 54, № 7), посвящённый наиболее значительным образцам индустриального часового искусства XIX века.

Редкое сочетание часов, барометра, термометра и действующей механической модели паровой машины, великолепное качество исполнения, выразительная архитектура композиции и глубокая символика промышленного прогресса делают этот предмет одним из наиболее ярких и впечатляющих образцов французских индустриальных часов конца XIX столетия.

Экспертиза: О.Н. Мельникова — эксперт по культурным ценностям Министерства культуры РФ, кандидат исторических наук, аккредитованный эксперт Международной конфедерации антикваров и арт-дилеров.

СТАТУЭТКА «ШАХТЁР»
Hans Gerwing (1893–1974).
Германия, Дюссельдорф, 1930-е годы.
Бронза, литьё, чеканка, патинирование.
Высота — 23,5 см.

Перед вами выразительная и редкая бронзовая композиция, посвящённая одной из самых героических профессий индустриальной эпохи. Шахтёр, уверенно работающий с пневматическим отбойным молотком, олицетворяет силу, мужество и ежедневный тяжёлый труд людей, благодаря которым развивалась промышленность XX века.

Модель создана известным немецким скульптором Хансом Гервингом (1893–1974) — автором монументальных памятников, получившим широкое признание после победы в конкурсе на создание памятника Зигфриду в Кёльне. Основную известность мастеру принесли именно монументальные произведения, тогда как его камерная бронзовая пластика выпускалась значительно меньшими тиражами и сегодня встречается существенно реже, представляя особый интерес для коллекционеров.

Особую коллекционную ценность произведению придаёт редкая и необычная модель. Если большинство европейских скульпторов изображали шахтёров с традиционными киркой, буром или другим ручным инструментом, то Ханс Гервинг обратился к образу рабочего с пневматическим отбойным молотком — символом технической революции и индустриального прогресса первой половины XX века. Подобные композиции встречаются значительно реже классических изображений шахтёров и высоко ценятся коллекционерами индустриальной бронзы.

Скульптуру отличают великолепное качество художественного литья, выразительная пластика фигуры, реалистичная проработка мельчайших деталей и благородная патина. Особую привлекательность произведению придаёт оригинальное клеймо знаменитой дюссельдорфской бронзолитейной мастерской Düsseldorfer Broncegießerei GmbH, сотрудничавшей с ведущими немецкими скульпторами первой половины XX века.

Произведение представляет значительный интерес для коллекционеров художественной бронзы, индустриального искусства и истории горного дела. Подлинность, авторство и историко-культурная ценность скульптуры подтверждены экспертным заключением кандидата исторических наук Л. А. Дементьевой.

ПРЕСС-ПАПЬЕ «ТАЛИСМАН УДАЧИ» (PORTE-BONHEUR)
По модели Жоржа Ресипона (Georges Recipon).
Франция, Париж. Конец XIX — начало XX века.
Бронза, литье, чеканка, золочение, патинирование.
Размеры: 10,7 × 15,7 × 11 см.

Перед Вами — редкий кабинетный предмет эпохи расцвета французского декоративного искусства, сочетающий безупречную пластику, глубокую символику и практическое назначение. Это не просто эффектное пресс-папье, а настоящий талисман удачи, созданный по модели выдающегося французского скульптора Жоржа Ресипона — автора знаменитых квадриг Большого дворца (Grand Palais) в Париже и одного из самых известных мастеров французской пластики рубежа XIX–XX веков.

Композиция построена вокруг древнего символа счастья — подковы, которая во многих культурах считается знаком благополучия, успеха и защиты. Молодая очаровательная женщина, олицетворяющая Фортуну, энергично вбивает гвоздь в подкову, словно закрепляя удачу навсегда. Изящная пластика фигуры, великолепная анатомия, выразительная динамика и тончайшая моделировка делают эту миниатюрную скульптуру настоящим произведением искусства.

Особую ценность предмету придает то, что он был отлит на знаменитом парижском бронзолитейном предприятии Susse Frères — одной из самых прославленных художественных литейных компаний Франции, сотрудничавшей с крупнейшими европейскими скульпторами и снискавшей мировую репутацию благодаря исключительному качеству своих отливок. Фирменное клеймо Susse Frères и подпись автора подтверждают высокий уровень исполнения и коллекционную значимость произведения.

Такой предмет станет идеальным подарком для кабинета руководителя, предпринимателя, юриста или человека, принимающего важные решения. Он не только украшает интерьер, но и несет красивый символический смысл — пожелание удачи, успеха, благополучия и уверенности в каждом новом начинании.

Прекрасная сохранность, известное авторство, престижная литейная компания, выразительная художественная идея и редкость встречаемости делают это пресс-папье достойным украшением серьезного собрания европейской художественной бронзы.

Подлинность, авторство и коллекционная значимость произведения подтверждены экспертным заключением кандидата исторических наук, аккредитованного эксперта Международной конфедерации антикваров и арт-дилеров Л. А. Дементьевой.

Пауль Людвиг Ковальчевский (1865–1910)
«Фемида»
Берлин, модель 1896 года. Отливка — конец XIX века.
Бронза, литье, чеканка, патинирование; мрамор. Высота — 32 см.

Перед вами — изысканная кабинетная бронза работы известного немецкого скульптора Пауля Людвига Ковальчевского, одного из ярких мастеров европейского модерна, чьи произведения регулярно экспонировались на Берлинской художественной выставке и пользовались заслуженным признанием современников.

Скульптура отличается высоким качеством художественного исполнения: тонкая моделировка лица и драпировок, благородная глубокая патина, выразительная чеканка и безупречные пропорции делают эту работу прекрасным образцом немецкой художественной пластики рубежа XIX–XX веков.

Особую ценность композиции придает ее сюжет. Фемида представлена с открытыми глазами, мечом и раскрытой книгой закона — как символ мудрого, справедливого и беспристрастного правосудия. Благодаря этой символике скульптура станет особенно уместным украшением кабинета судьи, адвоката, нотариуса, прокурора, преподавателя права или руководителя юридической компании, подчеркивая уважение к закону, профессиональной чести и ответственности.

Подлинность, авторство, время создания и художественная ценность произведения подтверждены экспертным заключением кандидата исторических наук Л. А. Дементьевой, одного из ведущих специалистов в области художественного металла.

Плато для визитных карточек с фигурой полярного медведя.
Вена, первая четверть XX века.
Бронза, литье, чеканка, патинирование; камень.
Размеры: 8,7 × 25,0 × 28,0 см.

Перед вами — выразительное произведение знаменитой венской художественной бронзы, выполненное на прославленном предприятии Franz Bergman. Скульптура мощного полярного медведя, естественно и непринуждённо скользящего по краю каменного плато, поражает безупречной пластикой, великолепной проработкой фактуры меха и удивительной жизненностью образа. Именно такие анималистические композиции принесли мастерской Бергмана мировую известность и сегодня являются одними из самых востребованных произведений венской декоративной бронзы.

Фирменное клеймо Franz Bergman подтверждает происхождение предмета, а высочайший уровень художественного исполнения, благородное сочетание патинированной бронзы с природным камнем и редкая сохранность делают его настоящим украшением любой коллекции музейного уровня.

Подлинность, авторство и коллекционное значение произведения подтверждены историко-культурной атрибуционной консультацией кандидата исторических наук, эксперта Л.А. Дементьевой.

Петер Пауль Терещук (Peter Paul Tereszczuk, 1875–1963)
«Коломбина и Пьеро»
Австрия, Вена. Начало XX века.
Бронза, литье, чеканка, патинирование; кость.
Высота — 13,3 см.
Авторская подпись P. Tereszczuk, клеймо венской бронзолитейной фирмы Arthur Rubinstein / Aust-Reich.

Перед вами — очаровательная миниатюра одного из самых известных мастеров венской художественной бронзы Петера Пауля Терещука, чьи произведения стали классикой европейского модерна и сегодня украшают крупнейшие музейные и частные собрания. Скульптор виртуозно сочетал изысканную пластику, тонкий юмор и театральную выразительность, благодаря чему его работы высоко ценятся коллекционерами во всем мире.

Композиция переносит зрителя в волшебный мир итальянской комедии дель арте. Перед нами знаменитые персонажи — кокетливая Коломбина и влюбленный Пьеро, герои, на протяжении столетий вдохновлявшие драматургов, художников и театральных режиссеров. Всего несколькими жестами и едва заметными поворотами голов Терещук сумел передать целый спектакль — трогательную сцену первой любви, наполненную лирикой, легкой иронией и неповторимым театральным очарованием.

Особую ценность произведению придают великолепная моделировка, изысканное сочетание патинированной бронзы с тонко резными костяными лицами, а также наличие авторской подписи и фирменного клейма знаменитой венской бронзолитейной мастерской Arthur Rubinstein / Aust-Reich, что значительно повышает коллекционную привлекательность скульптуры.

Подлинность, авторство и время создания произведения подтверждены экспертным заключением кандидата исторических наук, многолетнего хранителя отдела металлов Государственного исторического музея Л. А. Дементьевой.

Часы каминные в виде стилизованной мечети
Франция — Германская империя (Берлин), последняя четверть XIX века
Фирма J. Hartmann (Й. Хартман). Французский механизм Samuel Marti & Cie.
Бронза, мрамор; литье, золочение, серебрение, резьба.
Размер - 82 × 36 × 20 см.

Перед вами редкие и исключительно эффектные каминные часы архитектурного типа, выполненные в виде стилизованной мечети. Это один из наиболее ярких образцов европейского ориентализма конца XIX века, когда величественные формы исламской архитектуры — купола, минареты, арки и богатый восточный орнамент — вдохновляли лучших французских и немецких мастеров на создание роскошных интерьерных произведений.

Корпус часов представляет собой сложную многоярусную архитектурную композицию, искусно собранную из множества элементов. Великолепное сочетание черного мрамора с золоченой и серебреной бронзой, разнообразие фактур и декоративных покрытий, стройные минареты, величественный купол с полумесяцем, витые колонны и тончайший восточный орнамент создают необыкновенно цельный и благородный художественный образ. Особую выразительность композиции придает оригинальный циферблат с золочеными арабскими цифрами, органично завершающий архитектурный замысел.

Особую ценность предмету придает участие сразу двух выдающихся европейских производителей. Высококлассный французский механизм изготовлен знаменитой фирмой Samuel Marti & Cie — одним из крупнейших и наиболее авторитетных производителей часовых механизмов XIX века, неоднократно удостоенным международных наград. Художественное оформление корпуса связано с известной берлинской фирмой Johannes Hartmann, официальным поставщиком часов для прусского королевского двора, чьи изделия всегда отличались исключительным качеством исполнения, сложностью конструкции и безупречной репутацией.

Эти часы являются не только превосходным произведением часового искусства, но и ярким памятником эпохи, отражающим глубокий интерес европейской художественной культуры к миру ислама и Востока. Великолепное исполнение, выразительная архитектурная композиция и богатство декоративной отделки делают их настоящим украшением любого интерьера и одним из наиболее эффектных образцов интерьерных часов своего времени.

Подлинность, историко-культурная ценность и высокий художественный уровень произведения подтверждены экспертным заключением кандидата исторических наук, признанного специалиста по европейским часам и научным приборам Ольги Николаевны Мельниковой. Часы обладают несомненной антикварной, художественной и коллекционной ценностью и по праву могут стать центральным экспонатом частного или музейного собрания.

Лампа с фигурой оленя
Австрия, Вена, 1910–1920-е годы
Бронза, литье, чеканка, патинирование; художественное стекло, мрамор.
Высота — 96 см.

Перед вами эффектная и редкая венская интерьерная лампа эпохи модерна, выполненная в лучших традициях знаменитой венской художественной бронзы. На основании сохранились авторская подпись Schaffer и клеймо литейной мастерской VK. Несмотря на то что полные биографические сведения о скульпторе до настоящего времени не установлены, его подписные произведения известны на антикварном рынке, а высокий художественный уровень исполнения убедительно свидетельствует о работе талантливого мастера венской школы начала XX века.

Главным украшением композиции является великолепно смоделированная фигура благородного оленя — символа силы, достоинства и гармонии с природой. Исключительное качество художественного литья, виртуозная проработка шерсти, рогов и пластики животного, а также безупречное композиционное решение свидетельствуют о высоком профессионализме автора.

Особую декоративную ценность лампе придает роскошный куполообразный абажур из многоцветного художественного стекла с изящным орнаментом из стрекоз, выполненный в стилистике знаменитых изделий Tiffany. При включенном освещении стекло оживает богатой игрой теплых оттенков, превращая лампу в настоящий центр интерьера.

Внушительная высота — 96 сантиметров — делает этот предмет не просто настольным светильником, а выразительной интерьерной доминантой, способной украсить как классический, так и современный интерьер. Электрическая часть лампы профессионально адаптирована для безопасной эксплуатации в современных электрических сетях, что позволяет использовать ее по прямому назначению без каких-либо ограничений.

Подлинность, время создания, авторство и историко-культурная ценность произведения подтверждены экспертным заключением кандидата исторических наук, признанного специалиста по художественному металлу Людмилы Ароновны Дементьевой. Лампа представляет значительный художественный, антикварный и коллекционный интерес и по праву может стать украшением собрания самого высокого, в том числе музейного, уровня.

Изумительный образ Богоматери с Младенцем в великолепном серебряном окладе работы знаменитой московской мастерской Семена Григорьевича Галкина. Икона написана профессиональным иконописцем начала XX века под очевидным влиянием художественного наследия Виктора Михайловича Васнецова. Лики Богоматери и Христа исполнены необыкновенно мягко и одухотворенно: тонкие черты лица и плавная светотеневая моделировка придают образу особую молитвенную глубину.
Особую художественную выразительность иконе придает драгоценный серебряный оклад, исполненный в Москве после 1908 года на фабрике С.Г. Галкина. Оклад выполнен с большим мастерством. Гладкий золоченый фон эффектно контрастирует с рельефным серебряным орнаментом полей, украшенных пышными растительными мотивами, виноградными гроздьями, цветами и изогнутыми побегами в духе русского модерна. Венцы украшены строгим геометрическим меандром. Благодаря тончайшей работе мастера серебряная пластина приобретает живописную выразительность, а сочетание матированных и золоченых поверхностей создает элегантную игру света.

Мастерская Семена Григорьевича Галкина принадлежала к числу наиболее известных московских серебряных предприятий конца XIX — начала XX века. Изделия фабрики отличались высоким качеством исполнения и неоднократно участвовали во всероссийских художественно-промышленных выставках. С мастерской сотрудничали самые выдающиеся ювелиры своего времени, а произведения Галкина сегодня представлены в крупнейших музейных и частных собраниях. Для работ фабрики характерны безупречная обработка серебра, выразительный рельефный декор и тонкое соединение древнерусских традиций с эстетикой модерна, что в полной мере проявилось и в данном произведении.

Представленный образ относится к иконографическому типу Богоматери с Младенцем, получившему широкое распространение в русском искусстве начала XX века благодаря знаменитым росписям В.М. Васнецова. Композиция восходит к росписи Владимирского собора в Киеве, созданной В.М. Васнецовым в 1885–1896 годах, и является одним из наиболее выразительных примеров русского церковного искусства эпохи модерна. Прообразом композиции исследователи считают также Леушинскую икону Божией Матери «Аз есмь с вами и никтоже на вы», прославившуюся в конце XIX века. Младенец Христос изображен с воздетой рукой в жесте благословения, обращенном к молящимся, а фигура Богородицы трактована с необычайной человечностью и внутренней теплотой. Современники называли васнецовский образ «русской Сикстинской Мадонной», отмечая в нем грамотное соединение православной духовности с высоким художественным идеалом.

Икона в серебряном окладе «Богоматерь с Младенцем» обладает значительной историко-культурной, художественной и коллекционной ценностью.
Икона. Россия, Москва. Начало XX века (до 1917 года).
Дерево, левкас, масло, ткань.
Оклад. Москва, Россия. После 1908 года. Мастерская С. Г. Галкина.
Серебро 84 пробы, чеканка, канфарение, гравировка, матирование, золочение, патинирование.
Размер: около 26,6 × 22,0 × 2,4 см.

Экспертные заключения НИНЭ имени П. М. Третьякова и НОЭКСИ.
Экспертное заключение МК.

.

Изумительный образ Владимирской Божией Матери в красивом серебряном окладе. Письмо отличается высоким профессиональным уровнем исполнения, мягкой моделировкой личного и ярким выверенным колоритом. Выполнена оно с ориентацией на древнерусскую иконопись.
Особую художественную выразительность произведению сообщает великолепный серебряный золоченый оклад 1864 года. Серебряная пластина закрывает практически весь образ, оставляя открытыми лишь лики и кисти рук Богоматери и Младенца. Поля оклада украшены сложным орнаментом из переплетающихся ремней, стилизованных листьев и пальметт, восходящим к византийским и древнерусским декоративным мотивам. Дополнительную декоративность композиции придают накладные венцы с просечным орнаментом и эмалевые дробницы с традиционными надписями.

Икона написана палехским мастером около середины XIX века. Палех являлся одним из важнейших центров русской иконописи, мастера которого бережно сохраняли древние художественные традиции и славились большим талантом в создании церковных образов. Представленный образ является характерным примером палехской иконописи этого периода, сочетающей традиционную иконографию, тщательность исполнения и глубокое понимание древнерусского наследия.
Оклад изготовлен московским мастером-монограммистом «ДГ», которого исследователи с высокой степенью вероятности отождествляют с цеховым серебряных дел мастером Дмитрием Ефимовичем Голомзиным. Высокий уровень исполнения, тщательная проработка орнамента и качество художественной обработки металла позволяют отнести произведение к числу дорогих заказных образцов московского церковного серебра третьей четверти XIX века.
Богоматерь Владимирская – один из наиболее распространенных и почитаемых на Руси образов Матери Божьей. Чудотворная икона Богородицы была принесена во Владимир Андреем Боголюбским, даровала князю победу над волжскими болгарами, а в 1395 г. спасла Москву от нашествия Тамерлана. «Богоматерь Владимирская» – покровительница русского государства, иконы этой иконографии цари и патриархи жаловали приближенным и дарили высокопоставленным гостям православного исповедания из других государств. Также образ Богоматери обязательно входит в состав венчальной пары, и нередко выбирают именно Владимирскую икону.
Представленная икона в окладе имеет историко-культурное, художественное, музейное и коллекционное значение.

Икона «Богоматерь Владимирская». Россия, Палех. Середина XIX века.
Дерево, левкас; темпера.
Оклад. Россия, Москва. 1864 год. Мастер-монограммист «ДГ» — Дмитрий Ефимович Голомзин.
Серебро 84 пробы, эмаль; чеканка, канфарение, гравировка, просечка, золочение.
Размеры: 31,2 х 26,4 х 4,4 см.
Экспертное заключение НИНЭ имени П. М. Третьякова.
Экспертное заключение МК.

Икона «Богоматерь Казанская» в серебряном золочёном окладе

Россия, третья четверть XIX века.
Икона — дерево, левкас, масло.
Оклад — Москва, 1864 год. Серебро 84 пробы, золочение, эмаль.
Мастер оклада — Иван Васильевич Захаров.
Размеры: 22,9 × 18,3 × 2,8 см (в окладе).

Один из самых почитаемых образов Русской Православной Церкви, представленный в великолепном серебряном золочёном окладе московской работы. Лики Богоматери и Младенца отличаются мягким письмом, благородным колоритом и особой духовной выразительностью, характерной для лучших произведений синодального периода.

Оклад выполнен на высоком художественном уровне и украшен изящной чеканкой, гильошировкой, лучистыми нимбами и эмалевыми дробницами с традиционными надписями. Особую ценность произведению придаёт подлинное клеймо известного московского мастера Ивана Васильевича Захарова, чья мастерская славилась производством церковного серебра во второй половине XIX века.

Икона помещена в специально изготовленный остеклённый киот, подчёркивающий её музейный статус и обеспечивающий надёжную сохранность. Состояние хорошее: присутствуют незначительные следы бытования соответствующие возрасту предмета.

Предмет сопровождается экспертным заключением специалиста Министерства культуры Российской Федерации, подтверждающим подлинность оклада, авторство мастерской И. В. Захарова и культурно-историческую ценность произведения. Яркий и высокохудожественный памятник русского церковного искусства XIX века.

Скульптурная композиция-пресс для бумаг «Рыцарский поединок»

Франция, вторая половина XIX века.
Бронза, золочение, серебрение, красный мрамор; литьё, чеканка, патинирование.
Размеры: 14 × 15,8 × 10,4 см.

Эффектная кабинетная композиция, выполненная в виде средневекового рыцарского поединка. Мастер запечатлел кульминационный момент схватки: один из рыцарей заносит меч для решающего удара, в то время как его противник, опрокинутый на землю, пытается защититься щитом. Несмотря на небольшие размеры, работа отличается выразительной динамикой, тщательно проработанными доспехами, оружием и высоким качеством художественного литья.

Массивное основание из красивого красного мрамора позволяет рассматривать предмет как изящный кабинетный пресс для бумаг — популярный аксессуар письменного стола во второй половине XIX века. Подобные вещи нередко преподносились в качестве мужских подарков, символизируя силу характера, волю к победе и постоянное преодоление жизненных испытаний.

Благородное сочетание патинированной бронзы, золочёных и серебрёных деталей эффектно контрастирует с насыщенным рисунком мрамора. Предмет сохранился в хорошем коллекционном состоянии: оригинальное покрытие бронзы в значительной степени сохранено, присутствуют лишь незначительные следы бытования и времени, естественные для произведения декоративно-прикладного искусства XIX века.

Композиция представляет собой яркий образец французской кабинетной бронзы эпохи историзма, в которой романтика Средневековья соединяется с утилитарной функцией и выразительной художественной образностью.

Часы «Насос-нефтекачка». Памятник эпохи зарождения нефтяной промышленности

Франция, Париж. 1870-1880-е года.
Фирма A.R. Guilmet, механизм Japy Frères & Cie.
Латунь, сталь, чёрный сланец, эмаль, стекло; патинирование, лак.
Размеры: 18,0 × 20,0 × 9,5 см.

Представленные часы являются редким образцом французских индустриальных часов конца XIX века и относятся к наиболее интересным моделям, посвящённым достижениям промышленной революции. Композиция выполнена в виде двухцилиндрового насоса-нефтекачки — механизма, ставшего одним из символов стремительного развития нефтедобывающей промышленности второй половины XIX столетия.

В этот период добыча нефти превратилась в одну из важнейших отраслей мировой экономики. Разработка месторождений в США, Российской империи, прежде всего в Бакинском нефтеносном районе, а также в странах Европы потребовала создания всё более совершенного насосного оборудования для подъёма и транспортировки нефти. Именно таким промышленным насосам посвящена данная модель часов, наглядно демонстрирующая принцип работы поршневой нефтеперекачивающей установки.

Особую выразительность композиции придаёт подвижное коромысло, выполняющее функцию маятника. Его непрерывное качательное движение воспроизводит работу промышленного насоса и превращает часы в своеобразную механическую миниатюру нефтепромысла. Благодаря этому предмет сочетает высокую декоративность с технической наглядностью, что было характерно для лучших произведений фирмы Guilmet, специализировавшейся на создании часов, посвящённых достижениям науки, техники и промышленности.

Часовой механизм французского производства имеет восьмидневный запас хода. Маятник выполнен в виде качающегося коромысла насоса, благодаря чему движение часов становится частью общей инженерной композиции. Корпус, выполненный из патинированной латуни и чёрного сланца с золочёными акцентами, подчёркивает архитектурную выразительность модели и её индустриальный характер.

Аналогичные часы фирмы Guilmet опубликованы в фундаментальном исследовании Roberts D. Mystery, Novelty and Fantasy Clocks (Atglen, 1999), где рассматриваются как выдающийся образец французских индустриальных часов эпохи технического прогресса. Аналогичная модель данной серии опубликована в каталоге О.Н. Мельниковой «Часы в индустриальном стиле. Чудеса механики» (Москва, 2012. С. 66, № 14), подготовленном на основе собраний музеев и частных коллекций.
Имеется музейная экспертиза.

По своему художественному замыслу, технической сложности и историческому содержанию часы «Насос-нефтекачка» являются не просто предметом часового искусства, а редким памятником эпохи становления мировой нефтяной промышленности, наглядно отражающим интерес общества конца XIX века к инженерным достижениям и развитию нефтедобычи.

Часы настольные «Велосипед „Пенни-фартинг“» с барометром

Западная Европа, 1900-е годы.
Латунь, сталь, стекло.
Размеры: 28 × 35 × 7 см.

Исключительно редкая модель европейских индустриальных часов начала XX века, выполненная в виде велосипеда типа «Пенни-фартинг» — одного из самых узнаваемых символов технического прогресса Викторианской эпохи.

Название этого необычного велосипеда связано с двумя британскими монетами разного достоинства — крупным пенни и значительно меньшим фартингом. Поставленные рядом, они напоминают силуэт велосипеда с огромным передним и маленьким задним колесом. Именно поэтому конструкция получила название Penny-Farthing. В России такие велосипеды нередко называли «пауками».

Появившийся в 1870-х годах пенни-фартинг стал настоящим символом новой эпохи. Он олицетворял скорость, свободу передвижения, развитие спорта и технические достижения своего времени. На подобных велосипедах совершались первые дальние путешествия и устанавливались рекорды, а их образ прочно вошёл в историю европейской культуры конца XIX столетия.

Композиция отличается оригинальным инженерным решением: часовой механизм размещён в центре большого колеса, а барометр-анероид встроен в малое колесо. Благодаря этому предмет представляет собой не только часы, но и эффектную механическую модель, прославляющую достижения науки и техники эпохи промышленной революции.

Ажурная конструкция из латуни и стали поражает лёгкостью и изяществом. Несмотря на кажущуюся простоту, подобные модели относятся к числу наиболее редких и востребованных индустриальных часов рубежа XIX–XX веков.

Аналогичный экземпляр опубликован в книге-каталоге О.Н. Мельниковой «Часы в индустриальном стиле. Чудеса механики» (Москва, 2020. С. 130, № 36). Предмет прошёл историко-культурную атрибуционную экспертизу Государственного исторического музея.

Редкий коллекционный и музейный предмет, объединяющий историю часового искусства, техники и одного из самых знаменитых изобретений XIX века — велосипеда «Пенни-фартинг».

Часы «Паровоз в тоннеле» с компасом и двумя термометрами
Франция. Около 1882 года.
Бронза, латунь, красный мрамор, сталь; литье, золочение, патинирование, серебрение
Размеры 36 × 33 × 21 см.

Часовой механизм: французский, с запасом хода на восемь дней, двумя пружинными двигателями хода и боя, приставным анкерным спуском, колокольным боем часа и получаса, со счетом на гребенке.
Модель относится к серии необычных часов известного инженера-механика Андре Рома Гильме. Данные часы выполнены в виде портала тоннеля с выезжающим из него паровозом. Детально проработаны посеребренные головки болтов, буфер, крюк сцепного устройства паровоза и другие элементы. По сторонам от циферблата с арабскими цифрами в стиле модерн размещены два термометра со шкалами Цельсия и Фаренгейта), в трубе паровоза смонтирован компас. Бурное развитие железнодорожного транспорта в Европе способствовало строительству горных тоннелей как средства, сокращающего путь следования. Первый тоннель длиной 1190 м появился в Великобритании в 1830 году, вскоре после введения в строй паровоза Стефенсона. В первой половине XIX века железнодорожные тоннели строились также во Франции, Бельгии, Германии, Италии и России. Возможно, представленная модель часов была изготовлена в честь сооружения чуда техники XIX столетия — МонСенисского тоннеля (другое название — Фрежюс), первого тоннеля через Альпы, открытого в 1871 году и соединившего Италию с Францией; его строителям был поставлен памятник в Турине. Видимо, событие нашло своеобразное отражение в декоративно-прикладном искусстве Франции. Подобные часы под названием «Clock Simulating a Train Leaving a Tunnel» («Часы в виде поезда, выезжающего из тоннеля») опубликованы в: Roberts 1999, p. 269, fig. 22–36.

Подобные часы воспроизведены в книге-каталоге «Часы в индустриальном стиле, чудеса механики», стр. 124. N 34.
Экспертиза ГИМ.

Часы «Корабельное орудие» с барометром-анероидом и компасом.

Франция, последняя четверть XIX века.

Бронза, латунь, сталь, стекло, красный мрамор; литье, тонировка, золочение, серебрение.
Размеры: 24 × 23 × 29 см.

Редкие французские индустриальные часы на морскую тему, выполненные в виде корабельного артиллерийского орудия. Композиция относится к знаменитой серии французских industrial clocks, в которых нашли отражение наиболее значимые технические достижения и символы человеческой цивилизации — паровые машины, железные дороги, корабли, телеграф и военная техника.

Центральное место занимает корабельная пушка на лафете с колесами, исполненная с поразительной для своего времени исторической достоверностью. В казенную часть орудия искусно встроен часовой механизм с секундной стрелкой, благодаря чему циферблат становится органичной частью конструкции. Вокруг размещены многочисленные атрибуты морской артиллерии второй половины XIX века: подвешенный на цепи орудийный снаряд цилиндрическо-оживальной формы, второй аналогичный снаряд на основании, бочонок с порохом, в который встроен барометр-анероид, ведро с компасом, переносной фонарь и банник для очистки орудийного ствола.

Особую привлекательность композиции придает ее историческая основа. XIX век стал эпохой стремительного развития артиллерии. Французские инженеры сыграли важную роль в совершенствовании морских и береговых орудий, а внедрение разрывных и затем нарезных снарядов коренным образом изменило военное дело. Создатель часов сумел превратить сложную инженерную тему в эффектное произведение декоративно-прикладного искусства, наполненное романтикой морских походов и духом технического прогресса.

Каждая деталь модели тщательно проработана и имеет свое практическое значение. Ведро с водой, неизменно присутствовавшее рядом с корабельным орудием, использовалось для тушения возгораний и смачивания банника при чистке ствола. Подвешенный снаряд напоминает о переходе от традиционных пушечных ядер к более совершенным артиллерийским боеприпасам новой эпохи. Барометр и компас подчеркивают связь композиции с мореплаванием, навигацией и дальними морскими путешествиями.

Особую художественную выразительность произведению придает великолепное сочетание материалов и декоративных покрытий. Полированный стальной ствол эффектно контрастирует с золочеными латунными элементами, темными патинированными деталями лафета и благородным красным мрамором основания. Благодаря разнообразию фактур и оттенков металла часы производят впечатление настоящего музейного макета корабельного орудия.

Почерк французских мастеров ярко проявляется в исключительном внимании к деталям. Тонко выполненные цепи, крепления, фонарь, артиллерийские принадлежности и элементы лафета демонстрируют высокий уровень художественного литья и механического мастерства, которыми славилась Франция конца XIX века.

Модель включена в фундаментальный каталог «Часы в индустриальном стиле. Чудеса механики XIX – начала XX века» (Москва, 2020, стр. 234, кат. № 72), посвященный наиболее интересным образцам французских индустриальных часов. Каталог прилагается в подарок.

Представленный экземпляр прошел профессиональную историко-культурную атрибуцию и экспертное исследование. Благодаря редкому морскому сюжету, сложной композиции, сочетанию часового механизма, барометра-анероида и компаса, а также высокой степени сохранности часы представляют значительный антикварный, художественный и коллекционный интерес.

Редкий коллекционный предмет музейного уровня, воплотивший романтику морских путешествий, мощь корабельной артиллерии и выдающееся мастерство французских создателей индустриальных часов. Великолепный кабинетный предмет для коллекционера, любителя морской истории, офицера флота или руководителя, ценящего символы силы, точности и уверенного движения к цели.

Экспертиза: О.Н. Мельникова, кандидат исторических наук, эксперт Международной конфедерации антикваров и арт-дилеров.
Сохранность: хорошая.

Часы «Корабельный штурвал» с барометром и компасом.
Франция, Париж.
Около 1890-го года.
Бронза, стекло, эмаль, красный мрамор; золочение, серебрение
Размеры 29,5 × 24 × 14,7 см.

Циферблаты из белой эмали характерны для приборов точной механики конца XIX века. В данном случае морская тема обозначена символическим изображением корабельного двойного штурвала со встроенными часовым механизмом с одной стороны и барометром-анероидом с другой, наверху укреплена стойка с компасом. Штурвал установлен на кабестане. Конструкция данной модели имеет уникальную особенность: с помощью двух рукояток кабестана и храпового механизма в нижней части часов композиция вращается на 360 градусов.

Известны также часы этой модели с надписью на циферблате LAFONTAINE OPTICIEN / 18 PALAIS ROYAL 18 PARIS, обозначающей название торгово- го дома «Lafontaine Opticien» («Лафонтен оптисьен»), располагавшегося в Париже. Подобные часы воспроизведены в книге-каталоге «Индустриальные часы, чудеса механики», стр. 218., N 65.

Часы «Паровая машина» с барометром-анероидом и термометром.

Франция, 1880–1890-е годы.

Латунь, сталь, стекло, черный мрамор; тонировка, золочение, серебрение.
Размеры: 28 × 28 × 15 см.

Редкие французские индустриальные часы, выполненные в виде горизонтального парового котла — главного символа промышленной революции XIX века. Именно паровая машина стала тем изобретением, которое изменило мир, положив начало эпохе массового промышленного производства, стремительного развития транспорта и технического прогресса. Не случайно французские мастера конца XIX столетия посвятили этим достижениям целую серию знаменитых industrial clocks, сегодня считающихся одним из наиболее интересных направлений европейского часового искусства.

Композиция с исключительной точностью воспроизводит устройство реальной паровой машины. В корпус котла встроены часовой механизм и барометр-анероид, а между ними расположен спиртовой термометр, занимающий место манометра, измеряющего давление пара. Над котлом размещены паровой цилиндр, шатунный механизм, массивный маховик и знаменитый регулятор Уатта с вращающимися шарами, обеспечивавший равномерную работу двигателя. Благодаря подвижным деталям конструкция воспринимается как действующая миниатюрная машина, наглядно демонстрирующая принципы работы одного из величайших изобретений эпохи.

Особую выразительность модели придает богатое сочетание различных материалов и декоративных покрытий. Полированная сталь эффектно контрастирует с золоченой латунью и серебристыми поверхностями отдельных элементов. Медные трубопроводы, блестящие металлические детали и основание из черного мрамора создают впечатление настоящего промышленного агрегата, выполненного с характерной для французских мастеров тщательностью и вниманием к каждой детали.

Часы представляют собой не только художественный объект, но и своеобразный памятник инженерной мысли XIX века. В одном произведении объединены часы, барометр и термометр, что превращает предмет в миниатюрную научно-техническую станцию эпохи, когда достижения науки и техники вызывали неподдельное восхищение современников.

Модель опубликована в фундаментальном каталоге О.Н. Мельниковой «Часы в индустриальном стиле. Чудеса механики XIX – начала XX века» (Москва, 2020, стр. 50, кат. № 6), посвященном наиболее значительным образцам французских индустриальных часов. Каталог прилагается в подарок. Аналогичные часы также опубликованы в классическом исследовании Derek Roberts «Mystery, Novelty and Fantasy Clocks» под названием Automaton Horizontal Boiler Timepiece.

Представленный экземпляр прошел профессиональную историко-культурную атрибуцию и экспертное исследование. Высокий уровень исполнения, наличие подвижных механических элементов, редкое сочетание часового механизма, барометра-анероида и термометра, а также публикация в профильной литературе позволяют отнести данную модель к числу наиболее интересных и коллекционно значимых французских индустриальных часов конца XIX века.

Редкий коллекционный предмет музейного уровня, воплотивший в себе эстетику промышленной революции, красоту инженерного искусства и выдающееся мастерство французских создателей художественных механизмов.

Экспертиза: О.Н. Мельникова, кандидат исторических наук, эксперт Международной конфедерации антикваров и арт-дилеров.
Сохранность: хорошая.

Часы «Квартердек» с фигурой рулевого за штурвалом

Франция, Париж, 1890-е годы
Идея и конструкция — A.R. Guilmet (Гильме)

Бронза, сталь, черный мрамор; литье, тонировка, серебрение, золочение.
Размеры: 36 × 28,5 × 22 см.
Механизм маятниковый с недельным заводом и гонговым боем.

Перед нами один из наиболее выразительных образцов французских индустриальных часов конца XIX века, выполненный в виде кормовой части парусного корабля — квартердека, места, откуда капитан и рулевой управляли судном и прокладывали его курс через моря и океаны.

Композиция построена как миниатюрная палуба корабля с тщательно проработанными морскими деталями. Верхнюю площадку украшает фигура рулевого, стоящего за большим корабельным штурвалом. Именно он является центральным образом произведения. Маятник часов скрыт внутри конструкции и приводит фигуру в движение, благодаря чему рулевой словно вращает штурвал, направляя корабль сквозь волны и штормы к намеченной цели. Ниже размещена фигура матроса, работающего с корабельным канатом, что придает сцене дополнительную динамику и жизненную достоверность.

Подобное художественное решение делает часы не только техническим устройством, но и своеобразной аллегорией управления, ответственности и умения принимать решения. Не случайно такие произведения особенно ценятся как кабинетные часы для руководителей, предпринимателей, военных и людей, привыкших определять направление движения и вести за собой других.

Модель создана по проекту известного французского изобретателя и часовщика A.R. Guilmet, автора ряда запатентованных механизмов и одной из ключевых фигур в истории французских индустриальных часов. Его работы отличает оригинальность инженерной мысли, высокое качество исполнения и сложные анимированные композиции.

Часы выполнены из золоченой и серебреной бронзы на основании из черного мрамора. Тонкая проработка архитектуры палубы, корабельных фонарей, лееров, трапов и фигур матросов демонстрирует высокий уровень французского художественного бронзового литья эпохи Belle Époque.

Подобные часы опубликованы в специализированной литературе по европейскому часовому искусству, в том числе в издании О.Н. Мельниковой «Французские часы XVIII–XIX вв. Часы в индустриальном стиле XIX — начала XX вв. Чудеса механики» (кат. № 58–59, стр. 198–200), а также в зарубежных исследованиях индустриальных часов. Аналогичные экземпляры находятся в известных частных собраниях и музейных коллекциях.

Представленный экземпляр отличается редкостью, эффектной сохранностью и высоким коллекционным уровнем. Благодаря сочетанию сложной механики, подвижной фигуры рулевого и яркой морской символики часы обладают значительной антикварной, художественной и музейной ценностью и являются одним из наиболее привлекательных произведений французского декоративно-прикладного искусства конца XIX века.

Экспертиза: О.Н. Мельникова, кандидат исторических наук, эксперт Международной конфедерации антикваров и арт-дилеров.

Часы «Ветряная мельница» с барометром и двумя термометрами
Франция, около 1890 года
Латунь, черный сланец, стекло; серебрение, меднение, золочение, тонировка.
Высота 50 см.

Редкий и исключительно эффектный образец французских индустриальных часов конца XIX века, выполненный в виде старинной ветряной мельницы. Эта модель относится к числу наиболее зрелищных механических автоматонов своего времени: при запуске автономного механизма крылья мельницы начинают вращаться, оживляя композицию и превращая статичный предмет в увлекательную механическую сцену, наполненную движением и атмосферой старины и таинственных преданий.

Особую художественную выразительность часам придает сложное многоцветное декоративное оформление. Тонированный корпус с имитацией каменной кладки гармонично сочетается с серебреными элементами, золочением и тщательно проработанными архитектурными деталями. Контраст благородного серебрения, теплых золотистых акцентов и насыщенных оттенков поверхности создает впечатление дорогого и изысканного предмета интерьера музейного уровня. Башня мельницы увенчана конической крышей с флюгером, а каждая деталь композиции демонстрирует высокий уровень мастерства французских бронзовщиков и часовщиков конца XIX века.

Композиция отличается высокой степенью достоверности исполнения. Особую ценность представляет сохранность оригинальных решетчатых крыльев с полным количеством перегородок — редкая деталь, которая у большинства подобных часов за прошедшее столетие была утрачена или повреждена. Благодаря движению крыльев часы приобретают необыкновенную динамику и превращаются в настоящий механический спектакль.

Особое очарование композиции придаёт выбранный мастером образ ветряной мельницы. В народной культуре многих стран мельницы издавна окружались ореолом таинственности. Их одинокое расположение вдали от жилья, непрерывное движение крыльев, скрип механизмов и зависимость от невидимой силы ветра породили множество легенд, сказаний и поверий. В русской традиции мельница также нередко становилась местом действия загадочных историй и народных сказаний, а в литературе этот образ получил яркое воплощение в произведениях Николая Васильевича Гоголя, где старые мельницы часто выступают своеобразной границей между обыденными сказочными мирами. Благодаря движению крыльев часы оживают на глазах зрителя, превращаясь из измерителя времени в настоящий механический спектакль, наполненный атмосферой старинной сказки и романтикой ушедшей эпохи.

Помимо часового механизма, корпус включает барометр-анероид и два термометра со шкалами Реомюра и Фаренгейта, благодаря чему предмет представляет собой не только часы, но и изящную домашнюю метеостанцию эпохи промышленной революции. Сочетание нескольких измерительных приборов в одном корпусе отражает характерное для конца XIX века стремление объединить научные достижения, инженерную мысль и декоративное искусство.

Модель имеет серьезную научную и коллекционную атрибуцию. Аналогичные часы опубликованы в фундаментальном каталоге Derek Roberts Mystery, Novelty and Fantasy Clocks (1999, p. 265, fig. 22–28-B), а также представлены в специализированном издании «Индустриальные часы. Чудеса механики» (стр. 154–158, № 43–45). Книга прилагается в подарок. Предмет сопровождается историко-культурной экспертизой Государственного исторического музея, что дополнительно подтверждает его подлинность, историческую значимость и высокий коллекционный уровень.

Яркое сочетание сложного многоцветного покрытия, серебрения и золочения, редкого механизма с подвижными элементами, богатого символического образа и подтвержденной экспертами атрибуции делает эти часы выдающимся произведением французского декоративно-прикладного искусства конца XIX века и желанным объектом для серьезного частного или музейного собрания.

Пасхальное яйцо «Воскресение Христово».

Россия, частный фарфоровый завод, середина XIX века.
Фарфор, деколь с ручной подрисовкой, крытьё золотом.
Высота 8 см.

Редкое русское пасхальное яйцо, украшенное изображением Воскресения Христова — одного из важнейших сюжетов христианского искусства. На лицевой стороне представлен Спаситель, восстающий из гроба со знаменем победы над смертью, в окружении ангела и стражников. На обороте помещена композиция с евхаристической чашей и голубем Святого Духа, символизирующая Таинство Причастия и искупительную жертву Христа.

Белоснежный фарфор богато декорирован крытьём матовым золотом и изящным орнаментом из кобальтовых и золотых элементов. Сочетание религиозной символики, праздничного пасхального назначения и благородного декоративного решения придаёт предмету особую художественную выразительность.

Предмет сохранился в хорошем коллекционном состоянии. Имеются незначительные следы бытования и времени, естественные для фарфорового изделия середины XIX века, не влияющие на его художественное восприятие и коллекционную привлекательность.

Характерный и хорошо сохранившийся образец русской пасхальной фарфоровой продукции середины XIX века, отражающий традиции православной культуры и декоративного искусства своего времени.

Николай Егорович Сверчков (1817–1898)
«Портрет гнедой кобылы», 1884 год.
Холст, масло.
Размеры: 40,2 × 50 см.

Превосходная работа одного из самых известных русских художников-анималистов XIX века. Николай Егорович Сверчков по праву считается крупнейшим мастером конного портрета в русской живописи. Его произведения высоко ценились современниками, он выполнял заказы Императорского двора и крупнейших коннозаводчиков России, успешно выставлялся и продавал свои работы в Париже, Лондоне и Брюсселе.

Главной темой творчества художника стали лошади, которых он изображал с исключительным знанием анатомии, характера и пластики. В представленном произведении мастер блестяще передаёт благородство, силу и изящество породистого животного. Тонкая живописная моделировка, безупречный рисунок и внимание к мельчайшим деталям делают этот портрет ярким образцом позднего творчества художника.

Произведения Сверчкова находятся в собраниях Государственной Третьяковской галереи, Государственного Русского музея, Государственного Эрмитажа, а также в крупнейшей отечественной коллекции конного искусства — музее коневодства РГАУ-МСХА имени К.А. Тимирязева.

Антиквариат. Отличная сохранность. Авторство подтверждено научно-исследовательской независимой экспертизой имени П.М. Третьякова. Картина представляет антикварно-коллекционное значение и может представлять интерес для музейного собрания.

Адольф Жан Лаверне (Adolphe Jean Lavergne, 1852–1901)
«Рыбак» (Pêcheur)
Париж, конец XIX века.
Бронза, патинирование, дерево.
Размеры: 44 × 15,8 × 13,8 см.

Очаровательная кабинетная скульптура известного французского мастера Адольфа Жана Лаверня изображает юного рыбака, полностью увлечённого своим любимым занятием. Художник с большой теплотой и наблюдательностью передал характер мальчика-подростка — любознательного, мечтательного и свободного духом. Сюжет наполнен поэзией детства, романтикой приключений и тем особым настроением беззаботной юности, которое сделало подобные произведения чрезвычайно популярными во Франции конца XIX века.

Скульптура отличается превосходным качеством моделировки и богатой проработкой деталей. Тщательно проработаны черты лица, одежда, поза и пластика фигуры, благодаря чему образ выглядит удивительно живым и естественным. Высокий уровень литья и благородная патина подчёркивают лучшие традиции французской художественной бронзы.

Адольф Жан Лавернь — ученик знаменитого скульптора Франсуа Жоффруа, постоянный участник Парижского Салона. Наибольшую известность мастеру принесли жанровые композиции с детьми и подростками, среди которых особенно ценились фигуры детей, юных рыбаков, театральные и музыкальные сюжеты. Его работы пользовались большим успехом у коллекционеров и неоднократно отливались ведущими французскими бронзолитейными предприятиями.

Особый интерес представляет тот факт, что аналогичная отливка модели «Рыбак» хранится в собрании отдела металла Государственного исторического музея, что подчёркивает её художественное, музейное и коллекционное значение.

Антиквариат. Отличная сохранность. Следы бытования, соответствующие возрасту. Историко-культурная атрибуционная консультация выполнена заведующей отделом металла Государственного исторического музея, экспертом по культурным ценностям Министерства культуры РФ, кандидатом исторических наук Л.А. Дементьевой.