Золото 56 пробы. Вес- 3,48 гр.
Антик-58- 1 Бриллиант- 1,35 кар;6/6
Антик-58-1 Бриллиант- 1,37 кар; 6/7
Общая масса драгоценных камней: бриллианты- 2,72 кар.
Экспертиза с регистрацией в МК РФ.
Фирма К.Фаберже. Х.И. Вигстрём.
Золото 56 пробы. Вес 15,72 гр. Эмаль.
Кр.- 18- 6 Бриллиантов- 0,10 кар. 3/3
Экспертиза с регистрацией в МК РФ.
Золото 585 по реактиву. Вес 26,65 гр.
Кр.58;34- 16 Бриллиантов- 1,72 кар. 3/5;
Кр.58;34- 142 Бриллианта - 5,30 кар. 3/5-6;
"Роза" 32 алмаза- 0,30 карат;
Гранаты природные : "овал" 1 гранат -6,24 карат;
"бриолет" 1 гранат -7,12 карат.
Общая масса драгоценных камней: бриллианты, алмазы - 7,32 карат; гранаты - 13,36 карат.
Экспертиза с регистрацией в МК РФ.
Золото 56 проба. Вес- 6,21 гр.
Кр.58- 3 Бриллианта- 0,66 кар. 3/4-5;
Кр.58- 7 Бриллиантов- 1,54 кар. 3-4/6;
Сапфир природный, кабошон- 5,70 карат.
Общая масса драгоценных камней: бриллианты- 2,20 карат; сапфир – 5,7 карат.
Экспертиза с регистрацией в МК РФ.
Фирма "Овчинников". Золото 56 пробы. Вес 3,18 гр.
Кр-58- 8 Бриллиантов- 1,04 кар; 4/5-6
Кр-34- 2 Бриллианта - 0,26 кар; 3/3-4
Демантоид природный - 1,62 кар.
Общая масса драгоценных камней: бриллианты- 1,3 кар; демантоид - 1,62 кар.
Экспертиза с регистрацией в МК РФ.
Золото 56 пробы. Вес 13,56 гр.
Кр. 58- 1 Бриллиант - 0,54 кар. 8-5/8
Кр. 58- 1 Бриллиант - 0,45 кар. 8-2/8
Кр. 58- 50 Бриллиантов -2,29 кар. 4/4-5
Кр. 58- 24 Бриллианта - 2,88 кар. 5/4-5
Кр. 58- 4 Бриллианта - 0,68 кар. 5/5-6
Кр. 58- 2 Бриллианта - 0,51 кар. 5-6/8
Кр. 58- 4 Бриллианта - 1,18 кар. 6/5
Общая масса драгоценных камней: бриллианты- 8,53 кар.
Экспертиза с регистрацией в МК РФ.
Золото 56 пробы. Вес 12,40 гр.
Антик,кр.- 58- 16 Бриллиантов - 1,65 кар. 3-4/5.
Антик,кр.- 58- 14 Бриллиантов - 1,19 кар. 4/5-6.
Кр-58 - 1 Бриллиант - 0,34 кар. 7/7а.
Кр-34 - 3 Бриллианта - 0,09 кар. 3\3-4.
"Роза" 11 алмазов- 0,10 кар.
Общая масса драгоценных камней: бриллианты, алмазы- 3,37 кар.
Экспертиза с регистрацией в МК РФ.
Золото 56 проба. Вес 11,97 гр.
Антик 34- 52 Бриллианта- 3,18 кар. 3/3-4
"Роза" 22 алмаза- 0,16 карат.
Жемчуг.
Общая масса бриллиантов и алмазов- 3,34 карат.
Экспертиза с регистрацией в МК РФ.
Золото 750 пробы. Общий вес 73,43 гр. Эмаль голубого цвета.
кр-58- 1 Бриллиант - 0,70 кар. 7/7;
кр-58- 1 Бриллиант - 0,45 кар. 6/8;
кр-58- 1 Бриллиант - 0,80 кар. 6/8;
кр-58- 1 Бриллиант - 0,50 кар. 7/9;
кр-58- 12 бриллиантов - 4,01 карат 4/5-6.
Антик 18,34 - 18 бриллиантов - 2,07 карат; 3/3-4
4 алмаза "роза"- 0,02 карат.
Бирюза голубая природная.
Общий вес бриллиантов и алмазов - 8,55 карат.
Экспертиза с регистрацией в МК РФ.
Золото 585 пробы; серебро 875. Вес- 12,95 гр.
Кр-58- 1 Бриллиантов - 1,33 кар; 7/9
Кр-58- 5 Бриллиантов - 1,18 кар; 4/5-6
Кр-58- 60 Бриллиантов - 4,04 кар; 4/5-6
Кр-18,34- 38 Бриллиантов - 1,15 кар; 3/3-4
Общая масса драгоценных камней: бриллианты - 7,70 кар.
Экспертиза с регистрацией в МК РФ
Золото 56 проба. Вес- 30,15 гр.
Антик, кр34- 80 Бриллиантов - 1,12кар; 3/3-4
Рубины природные, 12шт- 2,02кар; 3/г2
Сапфиры природные 16шт-2,1кар; 2/г2
Изумруд природный-1,8кар; 2/г2
Сапфир природный,"кабошон"- 10,04 кар.
Общая масса драгоценных камней: бриллианты-1,12 кар; рубины-2,02кар; изумруд-1,8; сапфиры-12,14кар.
Экспертиза с регистрацией в МК РФ
Золото 750 пробы.
Общий вес- 178,41 гр. Эмаль.
Кр18- 6 Бриллиантов- 0,04 карата; 2/3
Алмазы огранка "роза" 34 шт. - 0,10 карат
Сапфиры природные,"шестиугольные", 4 шт. - 3,50 карат
Общая масса драгоценных камней:бриллианты-0,14 карат,сапфиры-3,5 карат.
Экспертиза с регистрацией в МК РФ.
Часы настольные «Мечеть»
Франция, конец XIX века.
Для фирмы Bracher & Sydenham.
Бронза; литьё, гравировка, золочение, серебрение.
Высота — 28 см.
Механизм анкерного хода, шестидневный завод.
На циферблате: «Bracher & Sydenham / Paris».
На механизме номер 247.
Редкие и необычайно эффектные кабинетные часы, созданные в эпоху расцвета европейского ориентализма и увлечения загадочным и роскошным миром Востока.
Корпус решён как миниатюрная фантазийная мечеть. Высокий ажурный купол, стрельчатые и многолопастные арки, стройные угловые башенки и многочисленные навершия-полумесяцы создают выразительный архитектурный силуэт. Венчает композицию высокий золочёный шпиль с крупным полумесяцем, окончательно превращающий часы в своеобразный «дворец времени» в восточном вкусе.
Особенно впечатляет богатство исполнения. Поверхности бронзового корпуса практически полностью покрыты тонким растительным орнаментом и прихотливой вязью арабесок. Контраст золочёных и серебрёных деталей подчёркивает глубину рельефа и придаёт предмету сходство с драгоценной восточной ювелирной работой. Даже циферблат помещён в характерную многолопастную арку и органично включён в общий архитектурный замысел.
Особый интерес представляет подпись Bracher & Sydenham / Paris. Bracher & Sydenham — известная английская часовая и ювелирная фирма, основанная во второй половине XIX века Рубеном Брачером и Джозефом Сиденхэмом. Предприятие специализировалось на часах, ювелирных изделиях и художественном серебре, пользовалось высокой репутацией и впоследствии получило статус поставщика королевского двора. Произведения фирмы сегодня представлены в музейных собраниях.
Сами часы относятся к французскому производству и, по всей вероятности, были выполнены для Bracher & Sydenham. На механизме сохранился номер 247; фабричное клеймо французского изготовителя отсутствует, поэтому определение конкретной мастерской требует осторожности.
«Мечеть» — яркий образец европейского ориентализма конца XIX века, в котором французское часовое искусство соединено с фантазией на тему исламской архитектуры. Богатство золочения и серебрения, тонкость орнамента, необычная архитектурная форма и известное имя Bracher & Sydenham делают эти часы особенно выразительным и редким коллекционным предметом.
Произведение сопровождается экспертным заключением эксперта Министерства культуры Российской Федерации по культурным ценностям М. Г. Гнездиловой
Арсений Иванович Мещерский (1834–1902)
«Летний пейзаж с деревом»
Конец XIX — начало XX века.
Холст на картоне, масло. 41,3 × 60,5 см.
Экспертиза Центра им. И. Е. Репина подтверждает авторство.
Великолепный солнечный пейзаж выдающегося русского художника, академика и профессора Императорской Академии художеств, одного из крупнейших мастеров пейзажной живописи XIX века.
Картина восхищает сочностью красок, виртуозной передачей солнечного света, богатством зелени и удивительной глубиной пространства. В ней ярко проявились лучшие качества живописи Мещерского — тонкое чувство природы, безупречное мастерство и поэтичность образа.
Произведения художника украшают собрания крупнейших музеев России. Редкая по красоте и качеству работа, представляющая высокую художественную и коллекционную ценность.
Императорский фарфоровый завод, Санкт-Петербург, 1780–1796 годы, период Екатерины II.
Фарфор; надглазурная роспись, золочение.
Высота чашки с крышкой — 8,7 см; диаметр блюдца — 13,5 см.
Марка ИФЗ — синяя подглазурная «Е II» с точкой.
Исключительно редкий образец раннего русского императорского фарфора XVIII века. Подобные предметы екатерининского времени сегодня практически не встречаются на антикварном рынке: значительная часть сохранившегося фарфора этого периода находится в музейных собраниях.
Особую выразительность паре придаёт характерный для позднего времени Екатерины II строгий цилиндрический силуэт чашки с угловатой ручкой и крышкой. Богатое золочение сочетается с эффектной росписью под красно-коричневый камень и миниатюрными пейзажными композициями. Предмет демонстрирует высокий уровень живописного и технологического мастерства Императорского фарфорового завода.
Чашка и блюдце находятся в практически идеальном для своего возраста состоянии; крышка реставрирована.
Атрибуция подтверждена экспертным заключением НОЭКСИ, в котором особо отмечены историко-художественная, коллекционная и музейная ценность произведения.
Редкий коллекционный предмет эпохи Екатерины Великой — подлинный ранний фарфор ИФЗ, сохранившийся комплектом с крышкой и блюдцем.
Россия, Санкт-Петербург, около 1840 года.
Механизм — Франция.
Бронза, литьё, золочение, патинирование; дерево.
Размеры — 33 × 27 × 9,5 см.
Редкие русские каминные часы эпохи Николая I, посвящённые одному из самых знаменитых эпизодов петровской истории — Петру Великому во время бури на Ладожском озере. Император представлен бесстрашно стоящим в лодке среди бушующих волн и указывающим путь к спасению. Композиция восходит к прославленной картине Карла Штейбена «Пётр Великий во время бури на Ладожском озере спасает утопающих» и воплощает образ Петра I как мужественного государя, лично противостоящего стихии.
Особую ценность представляет русское исполнение корпуса и скульптурной композиции: выразительная золочёная фигура Петра эффектно контрастирует с тёмной патинированной бронзой волн и благородным деревом корпуса. Богатый золочёный орнамент основания подчёркивает высокий художественный уровень предмета.
Часы имеют экспертное заключение О. Н. Мельниковой — эксперта по культурным ценностям Министерства культуры РФ, кандидата исторических наук. Экспертизой отмечены редкость модели, её антикварное, коллекционное и музейное значение.
Исключительно важен подтверждённый научный статус предмета: именно эти часы опубликованы в фундаментальном каталоге Государственного исторического музея О. Н. Мельниковой «Из истории часов в России. XVII — начало XX века», Москва, 2016, стр. 110, где приведена их фотография и подробная атрибуция.
Редкий, прекрасно документированный памятник русского декоративно-прикладного искусства 1840-х годов, соединяющий высокое качество бронзовой пластики, петровскую историческую тему, профессиональную экспертизу и музейную публикацию.
Германия, Мюнхен, конец XIX — начало XX века.
Мастерская Теодора Хейдена-младшего (Theodor Heiden II, 1853–1928).
Серебро 800 пробы, золочение; литьё, чеканка, выколотка, гравировка.
Размеры — 28,8 × 22,6 × 17,1 см.
Вес — 1414,8 г.
Экспертное заключение МК РФ.
Исключительный по качеству и художественной выразительности образец мюнхенского ювелирного искусства рубежа XIX–XX веков. Массивная серебряная кружка создавалась как дорогой индивидуальный подарок известному мюнхенскому пивовару и владельцу трактира Карлу Зайлеру и фактически представляет собой своеобразный памятник старому Мюнхену, его пивной культуре и городской жизни.
Корпус богато украшен чеканным и гравированным декором из хмеля и ячменя — главных символов пивоварения. В трёх крупных медальонах с удивительной для работы по серебру точностью воспроизведены фасады реальных мюнхенских заведений Карла Зайлера, в том числе его пивной и трактира у Штубенхёлля и знаменитого Gasthaus zur Gasfabrik. Благодаря сохранившимся гравированным надписям эти изображения приобретают документальное значение: перед нами не условные городские виды, а узнаваемые адреса старого Мюнхена, часть которого впоследствии была утрачена в годы Второй мировой войны.
Особенно эффектно решена крышка. Её венчает объёмная фигура Münchner Kindl — «Мюнхенского дитя», старинного символа и неофициальной эмблемы города, восходящей к изображению монаха на гербе Мюнхена. Фигурка держит сложный геральдический щит, а богатая скульптурная ручка, растительный орнамент, золочёные детали и полностью золочёная внутренняя поверхность превращают утилитарную пивную кружку в настоящий парадный ювелирный объект.
Автор произведения — Теодор Хейден-младший, представитель известной династии мюнхенских серебряников. Получив профессиональную подготовку в Вене и работая в традициях знаменитой Венской школы художественной чеканки, в 1880 году он основал собственную мастерскую художественных изделий из золота, серебра и бронзы. Фирма выполняла заказы высокопоставленных лиц и представителей европейских королевских домов, являлась официальным поставщиком Баварского королевского двора, а её произведения неоднократно отмечались медалями на художественно-промышленных выставках. Работы Хейдена сегодня представлены в музейных собраниях Германии и других европейских стран.
Кружка имеет экспертное заключение Научно-исследовательской независимой экспертизы имени П. М. Третьякова. Проведены исследование клейм, стилистический и сравнительный анализ, а также рентгенофлуоресцентное исследование металла. Экспертизой подтверждены авторство мастерской Теодора Хейдена-младшего, мюнхенское происхождение и датировка предмета концом XIX — началом XX века. В заключении особо отмечены художественные достоинства, историко-культурное и музейное значение произведения.
Редкое сочетание высочайшего уровня серебряного дела, персональной истории, символики старого Мюнхена и документально изображённых городских зданий делает эту кружку не просто роскошным предметом немецкого декоративно-прикладного искусства, а настоящим серебряным портретом Мюнхена эпохи расцвета его знаменитой пивной культуры.
Франция, Париж, около 1890 года.
Высота — 53 см, диаметр основания — 24 см.
Бронза, латунь, оникс, стекло; литьё, золочение, серебрение, полихромная художественная эмаль champlevé. Часовой механизм, термометр, барометр-анероид, компас.
Исключительно эффектный и редкий образец французских индустриальных часов конца XIX века, в котором увлечение эпохи техническим прогрессом соединено с высоким уровнем декоративно-прикладного искусства и романтикой мореплавания.
Композиция решена в виде стилизованного корабельного фонаря, установленного на кабестане — судовом механизме, предназначенном для работы с якорными и швартовными канатами. Мастер превратил утилитарные детали корабельного оборудования в сложный кабинетный предмет: вокруг корпуса расположены якорь, цепи, тросы, спасательный круг и другие элементы морской оснастки. Венчает композицию изящный флюгер, ещё сильнее подчёркивающий морской характер произведения.
Особую ценность представляет не только необычная форма, но и многофункциональность часов. В корпус фонаря встроен часовой механизм с двумя циферблатами, а также барометр-анероид и термометр со шкалами Фаренгейта и Реомюра; в верхней части помещён компас. Таким образом, предмет представляет собой своеобразную домашнюю метеорологическую и навигационную станцию, воплощённую в форме сложной механической фантазии.
Корпус установлен на массивном основании из светлого оникса и богато отделан золочёным и серебрёным металлом. Особенно эффектен контраст зеркально отполированных металлических поверхностей с насыщенной бирюзово-голубой эмалью. Колонки, арка фонаря и широкий декоративный пояс украшены многоцветной выемчатой эмалью champlevé с прихотливым растительным орнаментом. Голубые, синие, розовые, белые, зелёные и красные тона образуют нарядную и утончённую палитру, характерную для французского искусства художественных эмалей второй половины XIX века.
Техника champlevé требовала сложной подготовки металлической поверхности: участки металла углублялись, образуя ячейки будущего рисунка, которые заполнялись цветной стекловидной массой и подвергались обжигу, после чего поверхность тщательно шлифовалась и полировалась. В представленных часах эмаль играет важнейшую художественную роль — техническая, почти инженерная конструкция благодаря богатому полихромному декору приобретает характер роскошного интерьерного произведения.
Подобные предметы относятся к особому направлению европейского часового искусства второй половины XIX века, получившему название industrial clocks — «индустриальные часы». Мастера создавали часы в форме паровых машин, локомотивов, телеграфов, велосипедов, паровых молотов, маяков, корабельных механизмов и других технических устройств. Эти произведения отражали восхищение XIX столетия промышленным прогрессом, инженерной мыслью и новыми технологиями, одновременно оставаясь дорогими и эффектными предметами кабинетного убранства.
Особое место среди них занимали модели, связанные с мореплаванием. В данном случае образ корабельного фонаря соединён с кабестаном, якорями, цепями и целым комплексом навигационных и метеорологических приборов. Благодаря этому часы воспринимаются как своеобразный памятник эпохе великих морских путешествий, технических открытий и торжества инженерной мысли XIX века.
Важное значение для атрибуции и коллекционной истории предмета имеет наличие опубликованных аналогов. Аналогичная модель представлена в специализированном издании О. Мельниковой «Часы в индустриальном стиле. Чудеса механики XIX — начала XX века» (Москва, 2020, с. 208, кат. 62). Публикация подобной модели в профильной литературе позволяет уверенно рассматривать представленные часы в контексте французских индустриальных часов конца XIX столетия и существенно повышает их коллекционную значимость.
Близкая модель типа clock-bollard также опубликована в известном исследовании D. Roberts «Mystery, Novelty and Fantasy Clocks» (Schiffer Publishing, 1999, p. 259, fig. 22-9A), посвящённом редким фантазийным, техническим и необычным часам.
Предмет сопровождается историко-культурной атрибуционной консультацией О. Н. Мельниковой, кандидата исторических наук, эксперта по часам и научным приборам XIX века. В экспертном заключении часы отнесены к французскому часовому и декоративно-прикладному искусству конца XIX века и отмечено их антикварное и коллекционное значение.
Сохранность прекрасная. Предмет дошёл до нашего времени в исключительно хорошем состоянии. Часовой механизм, барометр-анероид, термометр и компас находятся в рабочем состоянии; все приборы и механизмы функционируют. Хорошо сохранились золочение, серебрение и многоцветные художественные эмали. Для столь сложного многофункционального механического предмета конца XIX века подобная степень комплектности и сохранности представляет особую ценность.
Редкая коллекционная модель, объединяющая сразу несколько наиболее привлекательных направлений — индустриальные часы, морскую тематику, сложную механику и французское искусство художественной эмали. Монументальный размер, богатство исполнения, множество морских деталей, комплекс функционирующих приборов, прекрасная сохранность, наличие экспертного заключения и публикация аналогичной модели в специализированной литературе делают эти часы выдающимся образцом французского часового и декоративно-прикладного искусства конца XIX века.
Россия, рубеж XIX–XX веков. Частный фарфоровый завод.
Высота — 7,1 см, диаметр — 5,3 см.
Фарфор; голубое крытьё, полихромная надглазурная роспись, золочение.
Пасхальное яйцо украшено нарядной цветочной росписью по нежно-голубому фону. Свободно расположенные ветви с розами, бутонами, листьями и мелкими цветами образуют лёгкую асимметричную композицию, охватывающую поверхность яйца. Мягкая розово-зелёная гамма красиво контрастирует с голубым крытьём.
На противоположной стороне золотом выполнена праздничная надпись «Христосъ Воскресе!» в дореформенной орфографии. Сквозные отверстия в верхней и нижней частях предназначены для продевания ленты и подвешивания яйца.
Характер формы и декоративного оформления соответствует традиции русских фарфоровых пасхальных яиц рубежа XIX–XX веков.
Сохранность хорошая, следы бытования.
Пасхальное яйцо с изображением птицы и бабочек
Россия, Санкт-Петербург. Императорский фарфоровый завод. Начало XX века.
Высота — 11,2 см, диаметр — 8,5 см.
Фарфор; полихромная надглазурная роспись.
Крупное пасхальное яйцо ИФЗ с изящной натуралистической росписью. На белом фарфоровом фоне изображена небольшая птица с ярким сине-бирюзовым оперением, показанная в движении, с широко раскрытыми крыльями. Композицию дополняют две порхающие бабочки — жёлто-розовая и голубая. Тонкие голубоватые штрихи создают впечатление воздушной среды и подчёркивают лёгкость сюжета.
Особенно привлекательна сама композиция: птица и бабочки образуют живую, почти мгновенно схваченную сцену природы. Тщательная прорисовка оперения, крыльев и усиков насекомых, тонкие цветовые переходы и свободное расположение изображений характерны для высокого уровня декоративной живописи по фарфору.
Состояние: имеется протяжённая трещина корпуса, проходящая от отверстия; небольшие следы бытования, локальные потёртости росписи. В целом декоративная живопись сохранилась хорошо.
Красивый и выразительный образец пасхального фарфора Императорского фарфорового завода начала XX века, особенно эффектный благодаря крупному размеру и редкому анималистическому сюжету с птицей и бабочками.
Россия, начало XX века. Частный фарфоровый завод.
Высота — 8 см, диаметр — 6,6 см.
Фарфор; деколь с подрисовкой, крытьё золотом.
Пасхальное яйцо украшено крупным овальным медальоном с изображением Воскресения Христова. В центре композиции — воскресший Христос в белых одеждах, благословляющий поднятой рукой. У Его ног изображены ангел и поверженные римские воины-стражники у Гроба Господня. Сюжет символизирует победу Христа над смертью и является одним из наиболее традиционных и значимых образов пасхальной иконографии.
Медальон обрамлён геометрическим орнаментом с золочением; остальная поверхность яйца покрыта нежно-розовым крытьём и украшена тонким золотым растительным декором.
Сохранность: значительные потёртости и утраты золочения, местами потёртости декоративного покрытия; следы бытования. В целом сюжетное изображение сохранилось достаточно хорошо.
Россия, начало XX века. Частный фарфоровый завод.
Высота — 9,2 см, диаметр — 7,2 см.
Фарфор, розовое крытьё, полихромная надглазурная роспись, золочение.
Нарядное пасхальное яйцо русского производства начала XX века. Поверхность покрыта нежным светло-розовым фоном, на котором свободно расположена живописная композиция из полевых цветов и ветвей.
Основу букета составляют белые ромашковидные цветы, дополненные мелкими ярко-голубыми незабудками, бутонами и разнообразной зеленью. Цветы написаны достаточно подробно: лепестки моделированы тенями, сердцевины выделены тёплыми охристыми оттенками, листья переданы несколькими тонами зелёного. На втором плане тонкими приглушённо-лиловыми мазками изображены ажурные растительные веточки, благодаря чему композиция приобретает глубину и лёгкость.
Особенно эффектно сочетание нежного розового фона, белых цветов и насыщенных голубых незабудок — характерный для эпохи сентиментальный цветочный декор, хорошо соответствующий назначению предмета как праздничного пасхального подарка. Вокруг отверстий сохранился декоративный орнамент в виде расходящихся золотистых лучей.
Сохранность: хорошая для предмета своего времени. Имеются естественные следы бытования.
Пасхальное яйцо с росписью «Колокольчики».
Россия, Санкт-Петербург. Императорский фарфоровый завод, начало XX века.
Высота — 10,4 см, диаметр — 7,7 см.
Фарфор; полихромная надглазурная роспись.
Крупное фарфоровое пасхальное яйцо, украшенное нежной цветочной росписью. На молочно-белом фоне свободно расположена живописная композиция из розовых и малиновых колокольчиков, бутонов, тонких стеблей и вытянутых зелёных листьев.
Цветы написаны в лёгкой, почти акварельной манере: прозрачные переходы от бледно-розового к насыщенному малиновому передают объём лепестков, а тонкая прорисовка зелени придаёт композиции воздушность. Особенно выразительны крупные раскрытые цветки с высветленными сердцевинами и жёлтыми тычинками, окружённые поникающими бутонами. Асимметричное расположение букета и значительные участки свободного белого фона характерны для декоративной эстетики рубежа XIX–XX веков.
Подобные фарфоровые яйца предназначались для пасхального дарения и относились к особой группе изделий Императорского фарфорового завода, соединявших традицию русского пасхального подарка с высоким уровнем фарфоровой живописи. Значительный размер — 10,4 см — усиливает декоративность предмета и позволяет воспринимать роспись как самостоятельную миниатюрную цветочную композицию.
Состояние: следы бытования, потёртости и загрязнения поверхности, локальные потёртости росписи; имеется трещина фарфора
Россия, рубеж XIX–XX веков. Частный фарфоровый завод.
Высота — 9,4 см, диаметр — 7,6 см.
Фарфор; полихромный деколь с подрисовкой, крытьё золотом.
Декоративное пасхальное яйцо характерного для рубежа XIX–XX веков типа, когда традиционная форма пасхального дара сочеталась с нежным цветочным декором, выполненным в натуралистической манере.
Основу композиции составляет нарядный весенний букет из сирени и ландышей. Хорошо различимы кисти сирени с многочисленными мелкими четырёхлепестковыми цветками нежно-сиреневых и голубовато-лиловых оттенков. Их дополняют белые поникающие колокольчики ландыша с округлыми бутонами и крупными зелёными листьями. Небольшие отдельные веточки сирени распределены по поверхности яйца, благодаря чему основной букет получает лёгкое продолжение по всему корпусу.
Выбор цветов особенно уместен для пасхального предмета: сирень и ландыши традиционно воспринимаются как образы весны, пробуждения природы, чистоты и обновления. Мягкая пастельная гамма декора дополнена розовым крытьём, постепенно переходящим к светлому фону верхней части яйца. Первоначально оформление было значительно богаче благодаря золотому декору, следы которого сохранились на поверхности.
Цветочная композиция выполнена деколью с последующей ручной подрисовкой, усиливающей отдельные лепестки, листья и цветовые переходы. Такое сочетание позволяло получить достаточно тонкий и живописный рисунок при серийном характере производства.
Сохранность: выраженные следы бытования; многочисленные поверхностные потёртости и царапины, локальные потери и ослабление полихромного декора. Золочение сильно потёрто, местами практически утрачено, сохранившись фрагментарно. Следы загрязнений и естественного старения поверхности. При этом форма предмета и основная цветочная композиция хорошо читаются.
Пасхальное яйцо с образом Скорбящей Богоматери
Россия, Санкт-Петербург, Императорский фарфоровый завод, вторая половина XIX века.
Высота — 9,1 см, диаметр — 6,6 см.
Фарфор; полихромная надглазурная живопись, сплошное крытьё золотом, цировка.
Редкий образец пасхального фарфора Императорского фарфорового завода с религиозной живописью. На лицевой стороне в овальном медальоне представлено поясное изображение Скорбящей Богоматери: Дева Мария со склонённой головой, опущенным взором и сложенными на груди руками. Глубокий синий мафорий эффектно выделяется на тёплом золотисто-коричневом фоне. Образ трактован в характере академической религиозной живописи XIX века и передаёт состояние тихой скорби, смирения и молитвенного созерцания.
Композиция восходит к западноевропейской иконографии Mater Dolorosa — «Богоматерь Скорбящая», получившей распространение и в русской академической религиозной живописи. Для пасхального дара подобный сюжет имел особый смысл: скорбь Богоматери о Страстях Христовых непосредственно связана с последующим торжеством Воскресения.
Большая часть поверхности яйца покрыта золотом. Медальон обрамлён широкой золотой полосой с тонкой цировкой, образующей ритмический орнамент; композицию дополнительно подчёркивает узкая белая линия. Сочетание насыщенного золота, глубокого синего цвета одежд и тонко прописанного лика придаёт предмету торжественный, почти ювелирный характер.
Пасхальные яйца Императорского фарфорового завода являлись особой категорией подарочных изделий и были тесно связаны с традицией императорских и придворных пасхальных подношений. Экземпляры с религиозными изображениями, выполненными живописью и дополненными богатым золочением и цировкой, относятся к наиболее эффектной группе подобных изделий.
Состояние: предмет имеет выраженные следы бытования. Значительные потёртости и локальные утраты золочения, многочисленные поверхностные царапины; заметны потёртости живописного медальона. Несмотря на состояние поверхности, основной образ Богоматери читается хорошо, композиция и первоначальное декоративное решение предмета сохраняются.
Россия, начало XX века. Частный фарфоровый завод.
Высота — 9,7 см, диаметр — 7,6 см.
Фарфор; полихромная надглазурная роспись, золочение.
Нарядное пасхальное яйцо русского частного производства начала XX века. Поверхность покрыта нежной растяжкой розового цвета — от насыщенного малиново-розового тона в нижней части к почти белому в верхней — и украшена живописными ветвями цветущих ромашек.
Белые цветы с тёплыми золотисто-оранжевыми сердцевинами и зелёной листвой свободно расположены по поверхности яйца, образуя лёгкую, естественную композицию. Отдельные детали цветов подчеркнуты золотом. У отверстий сохранился тонкий лучевой орнамент, также исполненный золотом.
Особенно привлекательна характерная для эпохи мягкая пастельная гамма: сочетание розового фона, белых цветов, зелени и золота придаёт предмету праздничный и одновременно очень нежный облик. Ромашка — традиционный образ чистоты, простоты и весеннего обновления — органично соответствует символике пасхального дара.
Подобные фарфоровые яйца выпускались российскими частными предприятиями специально к Пасхе и предназначались для подарка и украшения праздничного интерьера. Крупный размер — почти 10 см — и эффектная цветочная роспись делают данный экземпляр особенно декоративным.
Состояние: хорошее для своего времени. Наблюдаются естественные следы бытования.
Россия, начало XX века. Частный фарфоровый завод.
Высота — 4,7 см, диаметр — 3,8 см.
Фарфор; полихромная деколь.
Небольшое пасхальное яйцо — характерный образец продукции российских частных фарфоровых предприятий начала XX века, выпускавших наряду с бытовым фарфором разнообразные предметы праздничного и подарочного назначения.
Яйцо выполнено из белого глазурованного фарфора и украшено полихромным цветочным декором, нанесённым в технике деколи. Композиция построена из свободно расположенных по поверхности цветов и листьев в мягкой зелёной, оранжевой и сиренево-фиолетовой гамме. Несколько приглушённая палитра и лёгкая размытость изображения придают предмету особенно приятный старинный характер.
В верхней и нижней частях имеются технологические отверстия, первоначально предназначенные для крепления подвеса или декоративной фурнитуры. Подобные фарфоровые яйца могли использоваться как пасхальные подарки и подвесные праздничные украшения.
Предмет интересен как сохранившийся образец массовой, но сегодня уже достаточно редко встречающейся пасхальной продукции русских частных фарфоровых заводов рубежа XIX–XX веков.
Сохранность: хорошая для своего времени; естественные следы бытования.
Россия, рубеж XIX–XX веков. Частный фарфоровый завод.
Высота — 7,6 см, диаметр — 6 см.
Фарфор; деколь с подрисовкой, печатное золото, золочение.
Нарядное пасхальное яйцо, выполненное на одном из частных фарфоровых предприятий России рубежа XIX–XX веков. Предмет относится к традиции пасхальных подарков — особой группе изделий, получившей широкое распространение в русском быту во второй половине XIX столетия.
Корпус имеет мягкий розовый фон, переходящий в нижней части в молочно-белый. Основным украшением служит пышная цветочная композиция в нежной сиренево-фиолетовой, зелёной и охристой гамме. Декор выполнен в технике деколи с последующей подрисовкой, благодаря чему отдельные цветы и листья приобретают более живой и живописный характер.
На оборотной стороне золотом нанесена монограмма «Х.В.» — «Христос Воскресе», непосредственно указывающая на пасхальное назначение предмета. Отверстие для подвеса обрамлено эффектным золотым орнаментом в виде расходящихся солнечных лучей. Сочетание нежно-розового фона, цветочного декора и золота создаёт характерный для эпохи праздничный и сентиментальный образ.
По характеру фарфоровой массы, способу декорирования и стилистике росписи изделие может быть отнесено к продукции частных российских фарфоровых заводов рубежа XIX–XX веков. Подобные яйца выпускались специально к Пасхе и служили памятными подарками, нередко подвешивались перед иконами или помещались в домашнем красном углу.
Состояние: хорошее для своего времени. Наблюдаются естественные следы бытования.
Россия, рубеж XIX–XX веков. Частный завод.
Высота — 9,8 см, диаметр — 7,7 см.
Фаянс; деколь с ручной подрисовкой, печатное золото, крытьё.
Нарядное пасхальное яйцо — характерный образец продукции русских частных керамических производств рубежа XIX–XX веков, выпускавших декоративные и подарочные изделия к главным православным праздникам.
Поверхность украшена нежным градиентным крытьём, переходящим от светло-розового в верхней части к молочно-белому и мягкому оливково-зелёному у основания. По корпусу расположены пышные букеты и гирлянды из роз и мелких цветов, выполненные в технике деколи с последующей ручной подрисовкой. Отдельные детали цветов подчеркнуты золотом, что придаёт декору праздничность и объём.
На одной из сторон помещена стилизованная золотая монограмма «ХВ» — «Христос Воскресе», непосредственно связывающая предмет с русской православной пасхальной традицией. Золотом оформлены также отверстия в верхней и нижней частях яйца, первоначально предназначенные для крепления подвеса или декоративной арматуры.
Сочетание крупного размера, сложного цветового крытья, богатого розанного декора и пасхальной монограммы делает предмет особенно выразительным примером массового, но достаточно нарядного праздничного ассортимента русских частных заводов конца XIX — начала XX века.
Сохранность: хорошая для предмета данного возраста. Наблюдаются естественные следы бытования, небольшие потёртости и загрязнения поверхности, частичная утрата и потёртость золочения, особенно вокруг отверстий и в монограмме; отдельные мелкие потёртости красочного декора.
Россия, рубеж XIX–XX веков. Частное фарфоровое производство.
Высота с накладками, без кольца — 13,8 см. Диаметр — 9,4 см.
Фарфор, полихромная надглазурная роспись, золочение; латунь, штамповка.
Крупное декоративное пасхальное яйцо — выразительный образец русского праздничного декоративно-прикладного искусства рубежа XIX–XX веков. Значительный размер, нарядная ручная роспись и металлическая арматура позволяют рассматривать предмет как парадный пасхальный подарок.
Корпус выполнен из фарфора нежного голубовато-молочного тона, переходящего в верхней части в тёплый кремово-жёлтый оттенок. Лицевая сторона украшена свободно написанной полихромной цветочной композицией: крупные розовые, синие и жёлто-оранжевые цветы дополнены бутонами, листьями и тонкими ветвями. Мягкая, несколько акварельная манера росписи особенно эффектно сочетается с пастельным фоном фарфора.
В центре помещена крупная золочёная монограмма «Х.В.» — «Христос Воскресе», непосредственно указывающая на назначение предмета как пасхального дара. Сочетание традиционной праздничной символики с цветочным декором характерно для русских пасхальных изделий конца XIX — начала XX века.
Особую декоративность яйцу придаёт латунная арматура. Верхняя и нижняя части оформлены фигурными накладками в виде расходящихся листьев; верхняя снабжена кольцом для подвешивания. Металлические детали являются важной частью художественного решения, подчёркивая форму яйца и придавая предмету законченный нарядный облик.
По характеру фарфора, живописного декора и конструкции предмет вероятнее всего относится к продукции одного из частных российских фарфоровых предприятий рубежа XIX–XX веков.
Предмет отличается необычно крупным размером, эффектным сочетанием фарфора и фигурной латунной арматуры, выразительной цветочной росписью и ярко выраженным пасхальным назначением. Представляет интерес как характерный и декоративно привлекательный образец русского пасхального искусства рубежа XIX–XX веков.
Сохранность: хорошая, соответствующая возрасту предмета. Фарфоровый корпус без видимых значительных сколов и утрат. Полихромная роспись в целом хорошо сохранилась; присутствуют незначительные следы времени и локальные потёртости декоративного слоя. Латунная арматура комплектна, с естественной возрастной патиной и следами окисления. Кольцо для подвешивания сохранено.