Россия, рубеж XIX–XX веков. Частный фарфоровый завод.
Высота — 7,1 см, диаметр — 5,3 см.
Фарфор; голубое крытьё, полихромная надглазурная роспись, золочение.
Пасхальное яйцо украшено нарядной цветочной росписью по нежно-голубому фону. Свободно расположенные ветви с розами, бутонами, листьями и мелкими цветами образуют лёгкую асимметричную композицию, охватывающую поверхность яйца. Мягкая розово-зелёная гамма красиво контрастирует с голубым крытьём.
На противоположной стороне золотом выполнена праздничная надпись «Христосъ Воскресе!» в дореформенной орфографии. Сквозные отверстия в верхней и нижней частях предназначены для продевания ленты и подвешивания яйца.
Характер формы и декоративного оформления соответствует традиции русских фарфоровых пасхальных яиц рубежа XIX–XX веков.
Сохранность хорошая, следы бытования.
Пасхальное яйцо с изображением птицы и бабочек
Россия, Санкт-Петербург. Императорский фарфоровый завод. Начало XX века.
Высота — 11,2 см, диаметр — 8,5 см.
Фарфор; полихромная надглазурная роспись.
Крупное пасхальное яйцо ИФЗ с изящной натуралистической росписью. На белом фарфоровом фоне изображена небольшая птица с ярким сине-бирюзовым оперением, показанная в движении, с широко раскрытыми крыльями. Композицию дополняют две порхающие бабочки — жёлто-розовая и голубая. Тонкие голубоватые штрихи создают впечатление воздушной среды и подчёркивают лёгкость сюжета.
Особенно привлекательна сама композиция: птица и бабочки образуют живую, почти мгновенно схваченную сцену природы. Тщательная прорисовка оперения, крыльев и усиков насекомых, тонкие цветовые переходы и свободное расположение изображений характерны для высокого уровня декоративной живописи по фарфору.
Состояние: имеется протяжённая трещина корпуса, проходящая от отверстия; небольшие следы бытования, локальные потёртости росписи. В целом декоративная живопись сохранилась хорошо.
Красивый и выразительный образец пасхального фарфора Императорского фарфорового завода начала XX века, особенно эффектный благодаря крупному размеру и редкому анималистическому сюжету с птицей и бабочками.
Россия, начало XX века. Частный фарфоровый завод.
Высота — 8 см, диаметр — 6,6 см.
Фарфор; деколь с подрисовкой, крытьё золотом.
Пасхальное яйцо украшено крупным овальным медальоном с изображением Воскресения Христова. В центре композиции — воскресший Христос в белых одеждах, благословляющий поднятой рукой. У Его ног изображены ангел и поверженные римские воины-стражники у Гроба Господня. Сюжет символизирует победу Христа над смертью и является одним из наиболее традиционных и значимых образов пасхальной иконографии.
Медальон обрамлён геометрическим орнаментом с золочением; остальная поверхность яйца покрыта нежно-розовым крытьём и украшена тонким золотым растительным декором.
Сохранность: значительные потёртости и утраты золочения, местами потёртости декоративного покрытия; следы бытования. В целом сюжетное изображение сохранилось достаточно хорошо.
Россия, начало XX века. Частный фарфоровый завод.
Высота — 9,2 см, диаметр — 7,2 см.
Фарфор, розовое крытьё, полихромная надглазурная роспись, золочение.
Нарядное пасхальное яйцо русского производства начала XX века. Поверхность покрыта нежным светло-розовым фоном, на котором свободно расположена живописная композиция из полевых цветов и ветвей.
Основу букета составляют белые ромашковидные цветы, дополненные мелкими ярко-голубыми незабудками, бутонами и разнообразной зеленью. Цветы написаны достаточно подробно: лепестки моделированы тенями, сердцевины выделены тёплыми охристыми оттенками, листья переданы несколькими тонами зелёного. На втором плане тонкими приглушённо-лиловыми мазками изображены ажурные растительные веточки, благодаря чему композиция приобретает глубину и лёгкость.
Особенно эффектно сочетание нежного розового фона, белых цветов и насыщенных голубых незабудок — характерный для эпохи сентиментальный цветочный декор, хорошо соответствующий назначению предмета как праздничного пасхального подарка. Вокруг отверстий сохранился декоративный орнамент в виде расходящихся золотистых лучей.
Сохранность: хорошая для предмета своего времени. Имеются естественные следы бытования.
Пасхальное яйцо с росписью «Колокольчики».
Россия, Санкт-Петербург. Императорский фарфоровый завод, начало XX века.
Высота — 10,4 см, диаметр — 7,7 см.
Фарфор; полихромная надглазурная роспись.
Крупное фарфоровое пасхальное яйцо, украшенное нежной цветочной росписью. На молочно-белом фоне свободно расположена живописная композиция из розовых и малиновых колокольчиков, бутонов, тонких стеблей и вытянутых зелёных листьев.
Цветы написаны в лёгкой, почти акварельной манере: прозрачные переходы от бледно-розового к насыщенному малиновому передают объём лепестков, а тонкая прорисовка зелени придаёт композиции воздушность. Особенно выразительны крупные раскрытые цветки с высветленными сердцевинами и жёлтыми тычинками, окружённые поникающими бутонами. Асимметричное расположение букета и значительные участки свободного белого фона характерны для декоративной эстетики рубежа XIX–XX веков.
Подобные фарфоровые яйца предназначались для пасхального дарения и относились к особой группе изделий Императорского фарфорового завода, соединявших традицию русского пасхального подарка с высоким уровнем фарфоровой живописи. Значительный размер — 10,4 см — усиливает декоративность предмета и позволяет воспринимать роспись как самостоятельную миниатюрную цветочную композицию.
Состояние: следы бытования, потёртости и загрязнения поверхности, локальные потёртости росписи; имеется трещина фарфора
Россия, рубеж XIX–XX веков. Частный фарфоровый завод.
Высота — 9,4 см, диаметр — 7,6 см.
Фарфор; полихромный деколь с подрисовкой, крытьё золотом.
Декоративное пасхальное яйцо характерного для рубежа XIX–XX веков типа, когда традиционная форма пасхального дара сочеталась с нежным цветочным декором, выполненным в натуралистической манере.
Основу композиции составляет нарядный весенний букет из сирени и ландышей. Хорошо различимы кисти сирени с многочисленными мелкими четырёхлепестковыми цветками нежно-сиреневых и голубовато-лиловых оттенков. Их дополняют белые поникающие колокольчики ландыша с округлыми бутонами и крупными зелёными листьями. Небольшие отдельные веточки сирени распределены по поверхности яйца, благодаря чему основной букет получает лёгкое продолжение по всему корпусу.
Выбор цветов особенно уместен для пасхального предмета: сирень и ландыши традиционно воспринимаются как образы весны, пробуждения природы, чистоты и обновления. Мягкая пастельная гамма декора дополнена розовым крытьём, постепенно переходящим к светлому фону верхней части яйца. Первоначально оформление было значительно богаче благодаря золотому декору, следы которого сохранились на поверхности.
Цветочная композиция выполнена деколью с последующей ручной подрисовкой, усиливающей отдельные лепестки, листья и цветовые переходы. Такое сочетание позволяло получить достаточно тонкий и живописный рисунок при серийном характере производства.
Сохранность: выраженные следы бытования; многочисленные поверхностные потёртости и царапины, локальные потери и ослабление полихромного декора. Золочение сильно потёрто, местами практически утрачено, сохранившись фрагментарно. Следы загрязнений и естественного старения поверхности. При этом форма предмета и основная цветочная композиция хорошо читаются.
Пасхальное яйцо с образом Скорбящей Богоматери
Россия, Санкт-Петербург, Императорский фарфоровый завод, вторая половина XIX века.
Высота — 9,1 см, диаметр — 6,6 см.
Фарфор; полихромная надглазурная живопись, сплошное крытьё золотом, цировка.
Редкий образец пасхального фарфора Императорского фарфорового завода с религиозной живописью. На лицевой стороне в овальном медальоне представлено поясное изображение Скорбящей Богоматери: Дева Мария со склонённой головой, опущенным взором и сложенными на груди руками. Глубокий синий мафорий эффектно выделяется на тёплом золотисто-коричневом фоне. Образ трактован в характере академической религиозной живописи XIX века и передаёт состояние тихой скорби, смирения и молитвенного созерцания.
Композиция восходит к западноевропейской иконографии Mater Dolorosa — «Богоматерь Скорбящая», получившей распространение и в русской академической религиозной живописи. Для пасхального дара подобный сюжет имел особый смысл: скорбь Богоматери о Страстях Христовых непосредственно связана с последующим торжеством Воскресения.
Большая часть поверхности яйца покрыта золотом. Медальон обрамлён широкой золотой полосой с тонкой цировкой, образующей ритмический орнамент; композицию дополнительно подчёркивает узкая белая линия. Сочетание насыщенного золота, глубокого синего цвета одежд и тонко прописанного лика придаёт предмету торжественный, почти ювелирный характер.
Пасхальные яйца Императорского фарфорового завода являлись особой категорией подарочных изделий и были тесно связаны с традицией императорских и придворных пасхальных подношений. Экземпляры с религиозными изображениями, выполненными живописью и дополненными богатым золочением и цировкой, относятся к наиболее эффектной группе подобных изделий.
Состояние: предмет имеет выраженные следы бытования. Значительные потёртости и локальные утраты золочения, многочисленные поверхностные царапины; заметны потёртости живописного медальона. Несмотря на состояние поверхности, основной образ Богоматери читается хорошо, композиция и первоначальное декоративное решение предмета сохраняются.
Россия, начало XX века. Частный фарфоровый завод.
Высота — 9,7 см, диаметр — 7,6 см.
Фарфор; полихромная надглазурная роспись, золочение.
Нарядное пасхальное яйцо русского частного производства начала XX века. Поверхность покрыта нежной растяжкой розового цвета — от насыщенного малиново-розового тона в нижней части к почти белому в верхней — и украшена живописными ветвями цветущих ромашек.
Белые цветы с тёплыми золотисто-оранжевыми сердцевинами и зелёной листвой свободно расположены по поверхности яйца, образуя лёгкую, естественную композицию. Отдельные детали цветов подчеркнуты золотом. У отверстий сохранился тонкий лучевой орнамент, также исполненный золотом.
Особенно привлекательна характерная для эпохи мягкая пастельная гамма: сочетание розового фона, белых цветов, зелени и золота придаёт предмету праздничный и одновременно очень нежный облик. Ромашка — традиционный образ чистоты, простоты и весеннего обновления — органично соответствует символике пасхального дара.
Подобные фарфоровые яйца выпускались российскими частными предприятиями специально к Пасхе и предназначались для подарка и украшения праздничного интерьера. Крупный размер — почти 10 см — и эффектная цветочная роспись делают данный экземпляр особенно декоративным.
Состояние: хорошее для своего времени. Наблюдаются естественные следы бытования.
Россия, начало XX века. Частный фарфоровый завод.
Высота — 4,7 см, диаметр — 3,8 см.
Фарфор; полихромная деколь.
Небольшое пасхальное яйцо — характерный образец продукции российских частных фарфоровых предприятий начала XX века, выпускавших наряду с бытовым фарфором разнообразные предметы праздничного и подарочного назначения.
Яйцо выполнено из белого глазурованного фарфора и украшено полихромным цветочным декором, нанесённым в технике деколи. Композиция построена из свободно расположенных по поверхности цветов и листьев в мягкой зелёной, оранжевой и сиренево-фиолетовой гамме. Несколько приглушённая палитра и лёгкая размытость изображения придают предмету особенно приятный старинный характер.
В верхней и нижней частях имеются технологические отверстия, первоначально предназначенные для крепления подвеса или декоративной фурнитуры. Подобные фарфоровые яйца могли использоваться как пасхальные подарки и подвесные праздничные украшения.
Предмет интересен как сохранившийся образец массовой, но сегодня уже достаточно редко встречающейся пасхальной продукции русских частных фарфоровых заводов рубежа XIX–XX веков.
Сохранность: хорошая для своего времени; естественные следы бытования.
Россия, рубеж XIX–XX веков. Частный фарфоровый завод.
Высота — 7,6 см, диаметр — 6 см.
Фарфор; деколь с подрисовкой, печатное золото, золочение.
Нарядное пасхальное яйцо, выполненное на одном из частных фарфоровых предприятий России рубежа XIX–XX веков. Предмет относится к традиции пасхальных подарков — особой группе изделий, получившей широкое распространение в русском быту во второй половине XIX столетия.
Корпус имеет мягкий розовый фон, переходящий в нижней части в молочно-белый. Основным украшением служит пышная цветочная композиция в нежной сиренево-фиолетовой, зелёной и охристой гамме. Декор выполнен в технике деколи с последующей подрисовкой, благодаря чему отдельные цветы и листья приобретают более живой и живописный характер.
На оборотной стороне золотом нанесена монограмма «Х.В.» — «Христос Воскресе», непосредственно указывающая на пасхальное назначение предмета. Отверстие для подвеса обрамлено эффектным золотым орнаментом в виде расходящихся солнечных лучей. Сочетание нежно-розового фона, цветочного декора и золота создаёт характерный для эпохи праздничный и сентиментальный образ.
По характеру фарфоровой массы, способу декорирования и стилистике росписи изделие может быть отнесено к продукции частных российских фарфоровых заводов рубежа XIX–XX веков. Подобные яйца выпускались специально к Пасхе и служили памятными подарками, нередко подвешивались перед иконами или помещались в домашнем красном углу.
Состояние: хорошее для своего времени. Наблюдаются естественные следы бытования.
Россия, рубеж XIX–XX веков. Частный завод.
Высота — 9,8 см, диаметр — 7,7 см.
Фаянс; деколь с ручной подрисовкой, печатное золото, крытьё.
Нарядное пасхальное яйцо — характерный образец продукции русских частных керамических производств рубежа XIX–XX веков, выпускавших декоративные и подарочные изделия к главным православным праздникам.
Поверхность украшена нежным градиентным крытьём, переходящим от светло-розового в верхней части к молочно-белому и мягкому оливково-зелёному у основания. По корпусу расположены пышные букеты и гирлянды из роз и мелких цветов, выполненные в технике деколи с последующей ручной подрисовкой. Отдельные детали цветов подчеркнуты золотом, что придаёт декору праздничность и объём.
На одной из сторон помещена стилизованная золотая монограмма «ХВ» — «Христос Воскресе», непосредственно связывающая предмет с русской православной пасхальной традицией. Золотом оформлены также отверстия в верхней и нижней частях яйца, первоначально предназначенные для крепления подвеса или декоративной арматуры.
Сочетание крупного размера, сложного цветового крытья, богатого розанного декора и пасхальной монограммы делает предмет особенно выразительным примером массового, но достаточно нарядного праздничного ассортимента русских частных заводов конца XIX — начала XX века.
Сохранность: хорошая для предмета данного возраста. Наблюдаются естественные следы бытования, небольшие потёртости и загрязнения поверхности, частичная утрата и потёртость золочения, особенно вокруг отверстий и в монограмме; отдельные мелкие потёртости красочного декора.
Россия, рубеж XIX–XX веков. Частное фарфоровое производство.
Высота с накладками, без кольца — 13,8 см. Диаметр — 9,4 см.
Фарфор, полихромная надглазурная роспись, золочение; латунь, штамповка.
Крупное декоративное пасхальное яйцо — выразительный образец русского праздничного декоративно-прикладного искусства рубежа XIX–XX веков. Значительный размер, нарядная ручная роспись и металлическая арматура позволяют рассматривать предмет как парадный пасхальный подарок.
Корпус выполнен из фарфора нежного голубовато-молочного тона, переходящего в верхней части в тёплый кремово-жёлтый оттенок. Лицевая сторона украшена свободно написанной полихромной цветочной композицией: крупные розовые, синие и жёлто-оранжевые цветы дополнены бутонами, листьями и тонкими ветвями. Мягкая, несколько акварельная манера росписи особенно эффектно сочетается с пастельным фоном фарфора.
В центре помещена крупная золочёная монограмма «Х.В.» — «Христос Воскресе», непосредственно указывающая на назначение предмета как пасхального дара. Сочетание традиционной праздничной символики с цветочным декором характерно для русских пасхальных изделий конца XIX — начала XX века.
Особую декоративность яйцу придаёт латунная арматура. Верхняя и нижняя части оформлены фигурными накладками в виде расходящихся листьев; верхняя снабжена кольцом для подвешивания. Металлические детали являются важной частью художественного решения, подчёркивая форму яйца и придавая предмету законченный нарядный облик.
По характеру фарфора, живописного декора и конструкции предмет вероятнее всего относится к продукции одного из частных российских фарфоровых предприятий рубежа XIX–XX веков.
Предмет отличается необычно крупным размером, эффектным сочетанием фарфора и фигурной латунной арматуры, выразительной цветочной росписью и ярко выраженным пасхальным назначением. Представляет интерес как характерный и декоративно привлекательный образец русского пасхального искусства рубежа XIX–XX веков.
Сохранность: хорошая, соответствующая возрасту предмета. Фарфоровый корпус без видимых значительных сколов и утрат. Полихромная роспись в целом хорошо сохранилась; присутствуют незначительные следы времени и локальные потёртости декоративного слоя. Латунная арматура комплектна, с естественной возрастной патиной и следами окисления. Кольцо для подвешивания сохранено.
Россия, конец XIX — начало XX века.
Вероятно, Гусевская хрустальная фабрика, Владимирская губерния.
Высота — 6,3 см, диаметр — 5 см.
Многослойное стекло: прозрачное, опаловое и кобальтовое; выдувание, нацвет, полихромная эмалевая роспись, золочение; ручная работа.
Нарядный и редкий образец русского пасхального декоративно-прикладного искусства рубежа XIX–XX веков. Яйцо выполнено из сложного многослойного стекла, в структуре которого различимы прозрачный, белый опаловый и насыщенный кобальтово-синий слои. Сочетание различных стекольных масс создаёт особую глубину цвета и характерное внутреннее свечение густого синего фона.
Лицевая сторона украшена ручной полихромной эмалевой росписью: крупные белые цветы, бутоны и зелёно-бирюзовая листва свободно располагаются по поверхности яйца. В центре золотом исполнена праздничная надпись «Х.В.» — «Христос Воскресе», заключённая в тонкую декоративную рамку. Контраст белых и бирюзовых эмалей с глубоким кобальтовым стеклом и золотом придаёт предмету особенно выразительный и праздничный характер.
Близкие по типологии стеклянные пасхальные яйца конца XIX — начала XX века представлены в музейных собраниях России. Особый интерес представляют предметы из собрания Владимиро-Суздальского музея-заповедника, связанные с продукцией Гусевской хрустальной фабрики. Сходство проявляется в характере цветного стекла, технологии изготовления, форме и принципах декоративного оформления пасхальных яиц.
Гусевская хрустальная фабрика была одним из крупнейших и наиболее известных центров русского художественного стеклоделия. Её мастера виртуозно работали с цветными и многослойными стекольными массами, используя различные варианты нацвета, росписи и золочения. По совокупности технологических и художественных признаков настоящее яйцо вероятно может быть отнесено к продукции Гусевской хрустальной фабрики или кругу близких к ней русских стекольных производств.
Сохранность хорошая, соответствующая возрасту предмета. Наблюдаются естественные следы бытования: мелкие поверхностные царапины и потёртости, локальное истирание золочения и отдельных участков эмалевой росписи. В нижней части заметен характерный технологический след формирования и отделения изделия от понтии, связанный с ручным способом изготовления. Существенных утрат формы по представленным фотографиям не наблюдается. Незначительные неровности поверхности и отдельные включения в стекольной массе имеют технологический характер.
Предмет представляет значительный коллекционный интерес как выразительный образец русского пасхального художественного стекла. Особую привлекательность ему придают редкое сочетание трёх различных по характеру слоёв стекла, насыщенный кобальтовый цвет, хорошо сохранившаяся цветочная роспись и золотая пасхальная надпись «Х.В.».
Россия, конец XIX — начало XX века.
Частный завод.
Высота — 6,4 см, диаметр — 5 см.
Стекло, окрашенное в массе; полихромная эмалевая роспись, золочение; ручная работа.
Нарядный образец русского пасхального декоративно-прикладного искусства рубежа XIX–XX веков. Яйцо выполнено из насыщенного розово-красного стекла, окрашенного в массе, и отличается сложным и богатым декоративным оформлением.
Поверхность украшена ручной росписью цветными эмалями и золотом. Развёрнутая цветочная композиция из белых ромашковидных цветов, бутонов, ветвей и листьев свободно охватывает корпус яйца. Белая эмаль эффектно контрастирует с глубоким малиново-розовым фоном, а золотые листья и отдельные детали придают декору особую праздничность и нарядность.
На противоположной стороне золотом нанесены традиционные пасхальные инициалы «Х. В.» — «Христос Воскресе», непосредственно указывающие на назначение предмета как пасхального дара.
По характеру стекла, форме и декоративным приёмам предмет можно отнести к продукции одного из российских стекольных предприятий конца XIX — начала XX века; вероятна связь с кругом изделий Гусевского хрустального завода. Аналогичные стеклянные пасхальные яйца русского производства представлены в музейных собраниях, в частности Владимиро-Суздальского музея-заповедника, где хранятся близкие по времени и характеру исполнения произведения, в том числе связываемые с Гусевской хрустальной фабрикой. Пасхальные яйца из стекла и других материалов также входят в коллекции крупнейших российских музеев как характерные памятники дореволюционной пасхальной традиции.
Сочетание цветного стекла, сложной эмалевой росписи, золочения и пасхальной символики делает этот экземпляр особенно привлекательным и достаточно редким памятником русской праздничной культуры.
Сохранность хорошая. Незначительные царапины, потёртости росписи и золочения, естественные следы бытования, соответствующие возрасту предмета.
Россия, вероятно Гусевской хрустальный завод, рубеж XIX–XX веков.
Высота — 7,5 см, диаметр — 5,6 см.
Стекло, окрашенное в массе; выдувание в форму, горячее формование, шлифовка и полировка.
Декоративное пасхальное яйцо выполнено из плотного полупрозрачного стекла насыщенного кораллово-красного оттенка, окрашенного непосредственно в стекольной массе. Глубина цвета и мягкие переходы тона особенно эффектно проявляются на просвет.
По характеру стекольной массы, цвету, форме и качеству обработки предмет может быть предположительно связан с продукцией Гусевского хрустального завода, одного из крупнейших центров русского художественного стеклоделия конца XIX — начала XX века.
Лаконичная яйцевидная форма, насыщенный редкий цвет и выразительная оптическая глубина стекла делают предмет характерным и привлекательным образцом русского декоративно-прикладного искусства рубежа XIX–XX веков.
Сохранность хорошая, царапины, следы бытования.
Россия, вероятно Гусевская хрустальная фабрика, конец XIX — начало XX века.
Высота — 7,15 см, диаметр — 5,1 см.
Цветное стекло, окрашенное в массе; выдувание в форму, шлифовка, полировка.
Редкий образец русского пасхального декоративного стекла рубежа XIX–XX веков. Яйцо выполнено из массивного полупрозрачного стекла насыщенного кораллово-красного тона, окрашенного непосредственно в массе. Толщина стекла создаёт красивую глубину цвета и мягкую игру света, особенно выразительную в центральной части предмета.
По характеру материала, лаконичной форме, размерам и технологии изготовления предмет наиболее близок продукции Гусевской хрустальной фабрики — одного из крупнейших и наиболее известных центров русского художественного стеклоделия XIX — начала XX века.
Близкие по времени, форме, размерам и технологии пасхальные яйца Гусевской хрустальной фабрики представлены в собрании Владимиро-Суздальского музея-заповедника.
Предмет представляет интерес как характерный и хорошо сохранившийся образец русской традиции изготовления декоративных стеклянных пасхальных яиц конца XIX — начала XX века.
Сохранность хорошая, царапины, следы бытования.
Россия, вероятно последняя четверть XIX века.
Высота — 6,1 см, диаметр — 4,8 см.
Воск, металл, канитель, бисер, стеклярус, бумага, текстиль; хромолитография, аппликация, ручная работа.
Редкий образец русского пасхального декоративно-прикладного искусства, вероятно связанный с традицией монастырского или домашнего рукоделия. Восковая основа богато украшена металлической канителью, бисером, стеклярусом, цветочными аппликациями и объёмными металлическими элементами. Центральную часть занимает цветное хромолитографическое изображение ангела, обрамлённое тонким рукодельным декором.
Сохранились старинный шнур для подвешивания и декоративная кисть. Подобные русские пасхальные яйца XIX века представлены в собраниях Государственного исторического музея, Владимиро-Суздальского музея-заповедника и других музеев России, что свидетельствует о сложившейся традиции изготовления подобных рукотворных пасхальных даров.
Сохранность: соответствует возрасту предмета. Естественные следы бытования и старения материалов; потёртости и загрязнения восковой поверхности, локальные утраты и деформации декоративных элементов, канители и аппликаций. Частично распущены отдельные участки металлического декора. Хромолитографическое изображение ангела сохранилось хорошо. Общая композиция и значительная часть первоначального декора сохранены.
Пасхальное яйцо с цветочным орнаментом
Россия, вероятно последняя четверть XIX — начало XX века.
Высота — 5,9 см, диаметр — 4,4 см.
Воск, бисер, стеклярус, металлическая канитель, нить; ручная работа.
Редкий образец русского пасхального декоративно-прикладного искусства, вероятно связанный с традицией монастырского или домашнего рукоделия. Основа в форме яйца выполнена из воска и украшена сложным многоцветным орнаментом из бисера и металлической канители.
Декор построен на стилизованных цветочных и растительных мотивах: голубые, розовые, красные и зелёные бисерные элементы образуют цветы, листья и гирлянды, дополненные тонкими линиями витой металлической нити. Особенно выразительны крупные красно-розовые цветочные розетки и нежные голубые соцветия, контрастирующие с тёплым оттенком старого воска.
Характер материалов, техника исполнения и свободная, индивидуальная манера расположения орнамента подчёркивают рукотворный характер предмета. Подобные вещи создавались как пасхальные дары и памятные предметы и благодаря хрупкости восковой основы редко сохранялись до нашего времени.
Подобные русские пасхальные яйца XIX века представлены в собраниях Государственного исторического музея, Владимиро-Суздальского музея-заповедника и других музеев России, что свидетельствует о сложившейся традиции изготовления подобных рукотворных пасхальных даров.
Состояние: следы естественного старения и загрязнения воска, локальные утраты и ослабление отдельных элементов бисерного и металлического декора; в целом предмет сохраняет первоначальный характер и значительную часть оригинального убранства.
Пасхальное яйцо «Воскресение Христово»
Россия, последняя четверть XIX века.
Высота — 6,56 см, диаметр — 4,7 см.
Воск, металл, канитель, бисер, стеклярус, текстиль, бумага; хромолитография, аппликация, ручная работа.
Редкий образец русского пасхального декоративно-прикладного искусства, вероятно связанный с традицией монастырского или домашнего рукоделия. Основу составляет массивное восковое яйцо, богато декорированное тонкой металлической канителью, бисером и стеклярусом, текстильными аппликациями и объёмными штампованными металлическими элементами. Центральным элементом композиции является цветное изображение Воскресения Христова.
Сохранилась старинная красная текстильная лента для подвешивания. Сочетание религиозного изображения с исключительно трудоёмким рукотворным декором придаёт предмету характер уникального пасхального дара.
Сохранность хорошая для предмета такого возраста: основная композиция и большая часть сложного декора сохранены; присутствуют естественные следы времени, локальные потёртости, загрязнения и небольшие утраты отдельных элементов декора.
Аналогичные русские пасхальные яйца XIX века, в том числе украшенные бисером и изображениями Воскресения Христова, представлены в собраниях Государственного исторического музея, Государственного Русского музея и Владимиро-Суздальского музея-заповедника.
Вероятно, Германия, Тюрингия (Лауша),
конец XIX — начало XX века.
Выдувное стекло, внутреннее зеркальное серебрение; латунь, штамповка, просечка, жесть.
Высота общая — 10,3 см;
Высота стеклянного яйца — 7,2 см;
диаметр — 5,1 см.
Редкая ранняя ёлочная игрушка яйцевидной формы, выполненная в традиции немецких зеркальных стеклянных ёлочных украшений. Особую декоративность предмету придаёт необычная металлическая арматура: высокий ажурный держатель с фигурными прорезями и нижняя рельефная розетка в виде стилизованных листьев.
Выразительный и коллекционно привлекательный образец ранней европейской ёлочной игрушки, интересный необычной формой и оригинальным декоративным оформлением.
Сохранность: хорошая для своего времени. Возрастная патина, потемнение и частичные утраты зеркального покрытия; окисление, коррозия и локальные утраты металлической арматуры. Стекло без видимых значительных повреждений.
Святой великомученик Георгий Победоносец
Россия, третья четверть XIX века.
Оклад — Москва, 1878 г., мастерская А. А. Мухина.
Дерево, грунт, масло;
Серебро 84 пробы, штамповка, просечка, гравировка, гильошировка, золочение.
Размер - 31 × 26,3 см.
Экспертное заключение МК РФ.
Эффектная и редкая по художественному решению икона одного из самых почитаемых на Руси святых — великомученика Георгия Победоносца. Святой представлен в знаменитом образе воина на белом коне, поражающего змия и спасающего царевну. В православной традиции этот сюжет воспринимается прежде всего как торжество веры и добра над злом, образ духовной победы, мужества и Божественного заступничества. Не случайно Георгий Победоносец на протяжении столетий почитался как покровитель воинов и защитник Русской земли, а его образ вошёл в герб Москвы.
Особенно привлекательна живопись иконы: тонкое академическое письмо, нежный колорит и почти перламутровая гамма голубых, розовых и серебристых оттенков придают сцене необыкновенную лёгкость и благородство. Образ создан в традициях русского иконописания эпохи историзма с заметным влиянием академической живописи.
Великолепный серебряный золочёный оклад изготовлен в 1878 году московской мастерской Александра Алексеевича Мухина. Богатейшая гравировка, гильошировка, просечные детали и сложный архитектурный орнамент превращают оклад в самостоятельное произведение ювелирного искусства, органично дополняющее живопись. Мухин был владельцем крупной московской фабрики серебряных изделий; произведения его мастерской представлены в собраниях Государственного Исторического музея и Государственного Русского музея.
Особую ценность представляет сохранность иконы и оклада как единого художественного ансамбля XIX века, где высококлассная живопись соединена с виртуозной работой московских серебряников.
Икона имеет развернутое экспертное заключение НИНЭ им. П. М. Третьякова. Авторство оклада мастерской А. А. Мухина и его датировка 1878 годом подтверждены экспертизой. Памятник обладает историко-культурным, художественным и коллекционным значением.
Томас Сидней Купер (Thomas Sidney Cooper, 1803–1902)
«На пастбище». 1867 год
Холст, масло. 91,2 × 76 см
Размер в раме 125х110 см.
Подпись и дата слева внизу: T. Sidney Cooper / 1867
Экспертное заключение НИНЭ имени П. М. Третьякова. Авторство подтверждено. Произведение имеет музейное значение.
Великолепный образец английской живописи викторианской эпохи — большая, исключительно тонко и профессионально написанная пастораль одного из главных британских художников-анималистов XIX века Томаса Сиднея Купера.
Перед нами тихий летний день: залитое мягким светом пастбище, спокойная гладь воды, старые деревья и мирно отдыхающее стадо. Корова и овцы написаны с поразительным знанием анатомии и одновременно с большой живописной свободой. Особенно хороша передача фактур — густой шерсти животных, листвы, травы, коры старого дерева. Просторное небо, занимающее значительную часть композиции, наполняет пейзаж воздухом и светом. Сюжет создаёт редкое ощущение покоя, благополучия и гармонии человека, животных и природы.
Купер был признанным мастером ещё при жизни. Он учился и работал в Англии и Бельгии, испытал влияние фламандской анималистической школы, но выработал собственную легко узнаваемую манеру. Его виртуозное умение изображать животных принесло художнику огромную популярность. Королева Виктория поручала Куперу писать животных королевского стада, а его произведения регулярно экспонировались в лондонской Королевской академии. В 1845 году он был избран ассоциированным членом Королевской академии, а в 1867 году — академиком. Примечательно, что именно этим годом датирована представленная картина — произведение создано в период полного творческого признания мастера.
Сегодня работы Томаса Сиднея Купера находятся в крупных музейных собраниях Великобритании и мира, в том числе Tate, Victoria and Albert Museum, Royal Academy of Arts, Royal Collection, а также в музейных коллекциях Кембриджа, Нью-Йорка, Сиднея и других городов.
«На пастбище» отличается высоким уровнем исполнения, тщательно выстроенной композицией, богатством живописных нюансов и удивительно привлекательным, светлым настроением. Это не просто изображение сельской жизни, а идеализированный образ спокойной и благополучной Англии XIX века, воплощённый одним из наиболее известных мастеров британской анималистической живописи.
Особую ценность произведению придают значительный формат, авторская подпись и дата, 1867 год — год избрания Купера академиком Королевской академии, — а также экспертное заключение НИНЭ имени П. М. Третьякова, подтверждающее авторство Томаса Сиднея Купера и музейное значение картины.
Щипцы для сахара первой трети XIX века — изящный образец раннего русского серебряного искусства, в котором функциональность сочетается с тонкой декоративной отделкой. Поверхность предмета украшена чеканным растительным орнаментом с изображением роз, дополненным изящной гравировкой, благодаря чему серебро приобретает особую пластичность и художественную выразительность. Цветочные мотивы были одним из самых любимых декоративных приемов мастеров XIX века, символизируя красоту, изысканный вкус и внимание к деталям. Подобные предметы сопровождали традицию русского чаепития и являлись важной частью культуры сервировки стола. Сегодня щипцы с таким декоративным оформлением встречаются значительно реже более поздних лаконичных образцов и представляют интерес как для коллекционеров русского серебра, так и для ценителей антикварного декоративно-прикладного искусства. Антиквариат. Хорошая сохранность.
Россия, Москва, первая треть XIX века.
Серебро 84/875 проба клеймо, реактив. Чеканка, гравировка.
Размер: 15 х 3,5 х 2 см.
Вес :43,73 гр.
УИН - 6432600494638386
Щипцы для сахара, изготовленные фирмой Карла Фаберже в конце XIX — начале XX века, представляют собой не только практичный предмет сервировки, но и произведение одного из самых известных ювелирных домов Российской империи. Фирма Фаберже являлась Поставщиком Двора Его Императорского Величества и прославилась исключительным качеством исполнения, безупречной культурой обработки драгоценных металлов и вниманием к мельчайшим деталям. Помимо знаменитых пасхальных яиц, мастерские Фаберже создавали широкий ассортимент столового серебра и предметов повседневного быта, отличавшихся утончённой элегантностью и высоким художественным уровнем. Эти щипцы обладают лаконичным, прекрасно сбалансированным силуэтом и характерной для изделий фирмы сдержанной выразительностью, где красота рождается из совершенства пропорций и качества исполнения. Сегодня предметы фирмы Фаберже пользуются устойчивым спросом на мировом антикварном рынке и неизменно занимают особое место в частных коллекциях русского серебра. Антиквариат. Хорошая сохранность.
Россия, конец XIX – начало XX века.
К. Фаберже.
Серебро 88/916 проба клеймо.
Размер: 13,5 х 3 х 2 см.
Вес: 57,49 гр.
УИН - 6432600494638360
Изящная серебряная сервировочная лопатка, изготовленная в Санкт-Петербурге в 1856 году. Предмет отличается крупным размером и широкой резной фигурной лопастью, украшенной тонкой растительной гравировкой, которая придаёт ему особую декоративную выразительность. Благодаря внушительным размерам лопатка прекрасно подходила для подачи пирогов, тортов, рыбных и других праздничных блюд, сочетая практичность с высоким уровнем художественного исполнения. Богатый орнамент, благородные пропорции и характерная для середины XIX века изысканность делают этот предмет не только эффектным элементом сервировки, но и ценным памятником русского серебряного искусства. Антиквариат. Хорошая сохранность.
Россия, Санкт-Петербург. 1856 год.
Серебро 84/875 проба клеймо. Литье, гравировка.
Литье, гравировка.
Размер: 33,5 х 8 см.
Вес: 156,74 гр.
УИН - 6432600494574544
Тольятти. 2008 год.
Производство "Серебряные сети".
Серебро - 925 пробы. Клеймо.
Вставка хрусталь - 1 шт - Вес 782.7 гр.
Общий вес - 1.332.7 гр.
Длина - 53 см.
Высота - 12 см.
Ширина - 10 см.
УИН - 6432600966168999
Раймон Чуден (1916–1998). «Гандболист»
Франция, 1936 год.
Композиционная бронза, литьё, чеканка, патинирование. Каменное основание.
Высота — 26,5 см. Подпись: TSCHUDIN.
Выразительная спортивная композиция по модели французского скульптора и медальера Раймона Чудена — лауреата Римской премии, отмеченного бронзовой и серебряной медалями Салона французских художников. Его медальерные произведения представлены в Британском музее.
Мастер запечатлел гандболиста в мгновение перед броском: энергичный разворот корпуса, широкий шаг и уверенный замах передают силу, азарт и красоту спортивного движения. Скульптурные изображения гандболистов — большая редкость, придающая произведению особую коллекционную привлекательность.
Атрибуция и датировка приведены в экспертном заключении кандидата исторических наук Л. А. Дементьевой, отметившей редкость статуэтки, её историко-культурную ценность и музейное значение.
Икона «Святой первоверховный апостол Пётр» в серебряном золочёном окладе
Царская Россия. Москва, 1840-е годы.
Оклад — Москва, 1846 год. Мастер Иван Фетистов.
Дерево, грунт, масло; серебро 84 пробы, чеканка, золочение, просечка, эмаль.
Размер: 32,5 × 26,6 × 6,1 см.
Экспертное заключение НИНЭ им. П.М. Третьякова.
Экспертное заключение МК РФ.
Великолепный образ святого апостола Петра, соединяющий красоту академической живописи с богатством московского серебряного искусства середины XIX века. Тонко написанный лик, устремлённый к небу взгляд и прижатая к груди рука передают глубокое молитвенное чувство. Мягкая светотеневая моделировка, тёплые оттенки лица, тщательная проработка седых волос и бороды свидетельствуют о профессиональном мастерстве художника.
Апостол Пётр — один из ближайших учеников Спасителя, почитаемый Православной Церковью вместе с апостолом Павлом как первоверховный. Его образ напоминает о твёрдости веры, силе покаяния и безграничном милосердии Божием: пережив отречение от Христа, Пётр обрёл прощение и посвятил жизнь проповеди Евангелия. Ключи в его руке отсылают к словам Спасителя о ключах Царства Небесного. Молитвенная сосредоточенность святого наполняет икону особой духовной глубиной, обращая верующего к искренности, смирению и надежде на спасение.
Особую роскошь образу придаёт серебряный золочёный оклад работы московского мастера Ивана Фетистова. Его исполнение демонстрирует уверенное владение разнообразными приёмами чеканки. Пышные завитки аканта, цветы и прихотливые раковины образуют богатое обрамление в стиле второго рококо. Рельефные складки одежд сочетаются с тонким узорочьем хитона и жемчужными обводками. Великолепный накладной венец из расходящихся остроконечных лучей окружает лик сиянием, подчёркивая святость изображённого апостола. Белые эмалевые дробницы с надписями изящно дополняют золотистую поверхность.
Индивидуальная особенность иконы — миниатюрный образ святой мученицы Веры на правом поле, заключённый в нарядный картуш. Он напоминает о верности Христу и стойкости в испытаниях. По заключению эксперта, присутствие этого образа позволяет предполагать создание иконы по особому патрональному заказу.
Икона сопровождается экспертным заключением НИНЭ имени П. М. Третьякова, подготовленным О. С. Никольской — сотрудником отдела экспертизы Музея имени Андрея Рублёва, экспертом по культурным ценностям Министерства культуры РФ. Подтверждены датировка, авторство оклада и единовременность живописного и ювелирного исполнения. Отмечены высокий профессиональный уровень мастеров, историко-культурное, художественное и музейное значение произведения.
Богоматерь Владимирская
Москва, конец XIX — начало XX века.
Оклад — фабрика золотых и серебряных изделий Ивана Филипповича Тараброва, 1899–1908 гг.
Дерево, левкас, темпера; серебро, чеканка, гравировка, гильошировка, золочение, расписная эмаль по скани, выемчатая эмаль.
Размер: 32,1 × 26,7 × 5 см.
Экспертиза НИНЭ имени П. М. Третьякова.
Экспертиза МК РФ.
Великолепная старинная икона Богоматери Владимирской — одного из самых почитаемых и проникновенных образов русского православия. Иконографический тип «Умиление» необыкновенно человечен и трогателен: Младенец Христос прижимается ликом к щеке Богородицы и обнимает Её за шею, а Она нежно склоняется к Сыну. В этом жесте соединены безграничная материнская любовь и тихая печаль — предчувствие будущей крестной жертвы Христа.
История Владимирского образа окружена древнейшим православным преданием. Согласно церковной традиции, первоначальный образ Богоматери был написан святым апостолом и евангелистом Лукой, а Богородица, увидев его, благословила изображение. С точки зрения истории искусства, древняя Владимирская икона, ставшая великим русским первообразом, была создана византийским мастером в Константинополе в первой трети XII века и около 1130-х годов принесена из Царьграда на Русь.
Первоначально святыня пребывала в Вышгороде близ Киева. В 1155 году князь Андрей Боголюбский перенёс её во Владимир, где она стала главной святыней Успенского собора и получила своё знаменитое название — Владимирская Богоматерь. В 1395 году, во время приближения войск Тамерлана, чудотворный образ торжественно перенесли в Москву. Отступление Тамерлана церковная традиция связала с заступничеством Пресвятой Богородицы. На протяжении последующих столетий перед Владимирским образом молились русские князья и государи, и он стал восприниматься не только как великая церковная святыня, но и как небесная покровительница и защитница Русской земли.
Представленная икона продолжает эту многовековую традицию. Она написана московским мастером в конце XIX — начале XX века с обращением к древнерусской иконописи XVII столетия. Особенно хороши личное письмо и выражение ликов: большие задумчивые глаза Богоматери, тонкая моделировка лица, нежность соприкоснувшихся ликов Матери и Младенца создают удивительно тёплый и одновременно торжественный образ.
Настоящей драгоценной оправой живописи служит великолепный золочёный серебряный оклад, исполненный в 1899–1908 годах на московской фабрике Ивана Филипповича Тараброва. Его поверхность отличается исключительным богатством обработки: чеканный рельеф, гильошированный фон, гравировка, золочение и тщательно проработанные складки одежд превращают оклад в самостоятельное произведение русского ювелирного искусства.
Особенно эффектны полихромные расписные эмали по скани. Вокруг лика Богоматери развернуто роскошное многоцветное сияние из цветов, листьев и стилизованных побегов. Голубые, синие, белые, розовые, красные и зелёные эмали необыкновенно нарядно смотрятся на фоне тёплого золочёного серебра. Цветочные эмалевые композиции в углах, тончайший растительный орнамент и сложная декоративная обработка нимба создают характерное для лучших московских ювелирных работ рубежа XIX–XX веков ощущение праздничного великолепия.
Фабрика Ивана Филипповича Тараброва, известная с 1893 года, специализировалась прежде всего на церковных предметах и драгоценных окладах и являлась заметным московским ювелирным предприятием своего времени. Изделия фабрики отличались высоким художественным и техническим уровнем. С Тарабровыми сотрудничали известные ювелиры; среди заказчиков был поставщик Императорского двора Орест Фёдорович Курлюков. Произведения фабрики представлены в крупных музейных и частных собраниях, в том числе в Государственном историческом музее.
Сочетание великого православного сюжета, красивого московского письма и роскошного серебряного золочёного оклада с многоцветными эмалями делает эту икону замечательным памятником русского церковного и ювелирного искусства эпохи Российской империи.
Произведение исследовано специалистами Научно-исследовательской независимой экспертизы имени П. М. Третьякова.
Согласно экспертному заключению, икона «Богоматерь Владимирская» в окладе мастерской И. Ф. Тараброва имеет высокое художественное, историко-культурное и музейное значение.
Красивый серебряный чайник строгой лаконичной формы, выполненный в Санкт-Петербурге в конце XIX века. Предмет изготовлен в мастерской Николая Фёдоровича Кемпера — петербургского мастера золотых и серебряных изделий, работавшего в 1892–1908 годах. Сдержанный силуэт и полированная блестящая драгоценная поверхность подчеркивают выразительность пропорций и благородство серебра. Изящество предмету придают контрастные вставки из кости на ручке, характерные для чайной утвари этого периода: они не только дополняют художественное решение, но и имеют практическое назначение, уменьшая нагрев ручки. Компактный объем в 600 мл делает чайник удобным предметом индивидуальной или камерной чайной сервировки. Хорошая сохранность. Антиквариат.
Россия, Санкт-Петербург, 1893 год.
Серебро 84/875 проба клеймо. Вставки – кость.
Вес: 462, 55 гр.
Объем: 600 мл.
Размеры: 11 х 21 х 13 см.
УИН - 6432600390528510